Home

Коллекции

База знаний

МСБ

СНМБ

BahaiArc

Вера Бахаи

Блог

Home

Размышления о двадцатом столетии

Этот документ в формате RTF

В мае 1992 года Палата депутатов Бразилии собралась на специальное заседание, посвященное столетию со дня ухода из этого мира Бахауллы, влияние которого становится все более привычной чертой социального и интеллектуального облика планеты. Его призыв к единству оказался глубоко созвучным взглядам бразильских законодателей. Во время заседания парламента представители всех его фракций воздали должное писаниям Бахауллы, которые один депутат назвал «самым колоссальным религиозным трудом, вышедшим из-под пера одного человека», а также концепции будущего планеты, которая, по словам другого депутата, «превосходит материальные границы и отвечает интересам всего человечества, отвергая не столь существенные различия в отношении расы, национальности, границ или верований»1.

Факт воздаяния таких почестей был особенно поразителен на фоне того, что на родине Бахауллы его труды по-прежнему подвергаются беспощадным проклятиям со стороны мусульманского духовенства, которое правит Ираном. На представителях духовенства девятнадцатого столетия лежит ответственность за изгнание и тюремное заключение Бахауллы, а также за гибель тысяч людей, которые разделили его идеи о преобразовании человеческой жизни и общества. И даже в то время, когда проходило упомянутое заседание бразильского парламента, триста тысяч бахаи в Иране подвергались преследованиям, лишениям и во многих случаях тюремному заключению и смерти за свое нежелание отказаться от убеждений, которые удостоились высокой оценки в большинстве стран мира.

Различные тоталитарные режимы уходящего столетия относились к религии Бахаи столь же враждебно.

Что же представляет из себя учение, вызвавшее столь противоположные реакции?

 

I

Главной целью послания Бахауллы является описание духовной природы бытия и законов, которые им управляют. Оно не только рассматривает человека как духовное существо, «разумную душу», но также утверждает, что вообще вся деятельность, которую объединяют общим понятием цивилизации, является духовным процессом, в ходе которого разум и сердце человека постепенно создают все более и более сложные и эффективные средства для выражения своего нравственного и интеллектуального потенциала.

Отвергая укоренившиеся догмы материализма, Бахаулла представил совершенно иное объяснение исторического процесса. Человечество, находящееся на переднем крае эволюции сознания, проходит через стадии, аналогичные периодам младенчества, детства и юности в жизни каждого человека. Этот путь развития привел человеческий род к порогу долгожданной зрелости. Войны, эксплуатация и предрассудки, характерные для незрелых стадий этого процесса, не должны становиться причиной для отчаяния, но должны побуждать нас к принятию ответственности, присущей стадии коллективной зрелости.

Обращаясь к политическим и религиозным лидерам своего времени, Бахаулла утверждал, что новые, гораздо более широкие возможности — превосходящие любое воображение современного ему поколения людей — пробуждаются в народах земли, и что вскоре эти возможности коренным образом преобразят материальную жизнь планеты. Он говорил, что будущие материальные успехи должны превратиться в средства нравственного и социального развития. Если же межнациональные или религиозные конфликты воспрепятствуют этому, то материальный прогресс принесет не только блага, но и невообразимое зло. Некоторые предупреждения Бахауллы отзываются зловещим эхом сегодня: «Странные и удивительные вещи находятся в земле. Они способны изменить всю атмосферу земли, и загрязнение ими окажется смертоносным»2.

 

II

Главный духовный вопрос, стоящий перед всеми людьми, независимо от их гражданства, религии или национальности, заключается, по словам Бахауллы, в построении основ глобального общества, в котором отразится единство человеческой природы. Объединение жителей земли не является ни отдаленной утопией, ни вопросом выбора. Оно является следующей, неизбежной стадией процесса эволюции общества, стадией, к которой нас подводит весь наш прошлый и настоящий опыт. До тех пор, пока этот вопрос не получит должного внимания, ни одна из болезней, терзающих планету, не будет излечена, поскольку все существенные проблемы эпохи, в которую мы вступили, являются по своему характеру всеобщими и глобальными, а не частными и региональными.

В писаниях Бахауллы, посвященных вступлению человечества в пору зрелости, нередко встречается сравнение со светом, которое используется, чтобы передать преобразующую силу единства: «Свет единства столь могуществен, что способен озарить всю землю» 3. Это утверждение служит основанием для нового взгляда на современную историю, который совершенно отличен от широко распространившегося в конце двадцатого века. Оно побуждает нас различить среди страданий и разрушений нынешнего времени действие сил, которые ведут к освобождению человеческого сознания, столь необходимому на новой стадии его эволюции. В этом утверждении содержится призыв к переоценке событий последнего столетия и того воздействия, которое они оказали на разнородные массы людей, на различные расы, народы и сообщества.

Если, как утверждает Бахаулла, «благополучие человечества, его мир и безопасность недостижимы до тех пор, пока прочно не установится его единство»4, то становится понятным, почему бахаи рассматривают двадцатое столетие, со всеми его бедствиями, как «столетие света»5. Ибо за эти сто лет произошли изменения как в подходе жителей земли к планированию своего коллективного будущего, так и в их отношении друг к другу. Отличительным знаком в обоих случаях является процесс объединения. Потрясения, не поддающиеся контролю со стороны существующих институтов, заставили мировых лидеров приступить к созданию новых систем глобальной организации, которые были просто немыслимы в начале столетия. Тем временем подверглись стремительному разрушению привычки и установки, которые на протяжении бесчисленных столетий вражды разобщали нации и народы и которые, казалось, будут существовать еще многие века.

В середине нашего столетия эти два процесса привели к прорыву, историческое значение которого смогут должным образом оценить только будущие поколения. После второй мировой войны наиболее дальновидные лидеры, пораженные ее разрушительными последствиями, смогли, наконец, с помощью Организации Объединенных Наций приступить к созданию основ мирового порядка. Новая система международных соглашений и организаций, о которой давно мечтали прогрессивные мыслители, получила, наконец, необходимые полномочия, которых потерпевшая неудачу Лига Наций была лишена столь трагическим образом. По ходу столетия слабые «мускулы» международной системы поддержания мира постепенно крепли, убедительно демонстрируя свои растущие возможности. Одновременно с этим во всем мире происходил устойчивый процесс распространения демократических институтов правления. И хотя их практические результаты пока еще разочаровывают, это ни в коей мере не умаляет значения исторически важной и необратимой смены направления в организации жизни человечества.

Вместе с продвижением дела создания мирового порядка происходило утверждение прав человека в масштабах планеты. Свидетельства тех ужасных страданий, что во время войны выпали на долю жертв человеческой жестокости, вызвали во всем мире не только ощущение шока, но и глубокое чувство стыда. В результате этого потрясения возник новый тип моральных обязательств, которые формально были закреплены при создании Комиссии по правам человека при Организации Объединенных Наций и связанных с ней органов, — достижение, немыслимое для правителей девятнадцатого века, перед которыми Бахаулла в свое время ставил этот вопрос. Обретя, таким образом, уверенность в своих силах, растущее число неправительственных организаций предприняло усилия для того, чтобы Всеобщая Декларация прав человека была положена в основание международных норм и соответствующим образом выполнялась.

Параллельный процесс происходил и в сфере экономической жизни. В течение первой половины столетия в результате опустошения, произведенного великой депрессией, многие правительства приняли законы о создании программ социального обеспечения и систем финансового контроля, резервных фондов и правил торговли, которые были направлены на защиту своего населения от повторения подобных бедствий. После второй мировой войны последовал период создания институтов, область действия которых была глобальной: Международный валютный фонд, Всемирный банк, Генеральное соглашение по тарифам и торговле и сеть агентств по развитию, посвященных рациональному использованию ресурсов и повышению материального благосостояния на планете. В конце столетия — при всем несоответствии намерений и несовершенстве имеющегося инструментария — человечеству было наглядно показано, что использование ресурсов планеты может быть коренным образом реорганизовано в соответствии с абсолютно новыми представлениями о потребностях.

Результат этих достижений был значительно усилен благодаря ускоренному распространению образования среди населения. Помимо того, что национальные и местные правительства проявили готовность вложить в эту область гораздо больше средств, а общество смогло мобилизовать и подготовить армии профессиональных преподавателей, два достижения двадцатого века оказались особенно важными на международном уровне. Первым таким достижением стал ряд планов по развитию, которые соответствовали потребностям образования и которые получили значительное финансирование от таких организаций, как Всемирный банк, правительственные учреждения, основные благотворительные фонды и некоторые органы системы Организации Объединенных Наций. Вторым достижением был взрыв информационных технологий, сделавший всех обитателей земли потенциальными получателями знаний, накопленных всем человеческим родом.

Движущей и вдохновляющей силой этого процесса структурной реорганизации в планетарном масштабе стал глубокий переворот в мировоззрении людей. Целые народы неожиданно обнаружили, что вынуждены платить непомерно высокую цену за приверженность застарелым привычкам мышления, которые порождали конфликты. Всемирному осуждению подверглись такие взгляды и действия, которые некогда считались вполне приемлемыми. Это послужило стимулом для революционных изменений в отношениях людей друг к другу.

Так, на протяжении всей истории казалось, что опыт демонстрирует, а религиозные учения подтверждают, что женщины по природе своей уступают мужчинам. Внезапно и быстро, по меркам истории, это широко распространенное представление стало повсеместно сдавать свои позиции. Каким бы длительным и мучительным ни был процесс полного воплощения утверждения Бахауллы о том, что женщины и мужчины равны во всех отношениях, все же интеллектуальные и моральные доводы в пользу противоположной точки зрения постепенно теряют свою убедительность.

Еще одной особенностью самосознания человечества на протяжении веков было превознесение этнических различий, которое в последние столетия вылилось в различные фантазии расистского толка. С быстротой, от которой в исторической перспективе захватывает дух, двадцатое столетие стало свидетелем того, что представление об единстве человеческого рода выдвигается в качестве руководящего принципа международного порядка. Сегодня этнические конфликты, которые продолжают опустошать многие части мира, воспринимаются уже не как естественная сторона отношений между различными народами, но как преднамеренные отклонения, которые должны быть взяты под действенный международный контроль.

На протяжении длительного периода детства человечества подразумевалось также, причем с полного одобрения организованной религии, что бедность есть постоянное и неизбежное явление социального порядка. Теперь, однако, такой взгляд, который был основан на умозаключении, определявшем приоритеты во всех экономических системах, когда-либо существовавших в мире, отвергнут повсеместно. По крайней мере теоретически государство стало рассматриваться как попечитель, ответственный за обеспечение благосостояния всех членов общества.

Особенно значимым, ввиду своей глубокой связи с истоками мотивации людей, было ослабление влияния религиозных предрассудков. Процесс диалога и сотрудничества между религиями, предвосхищенный в «Парламенте религий», который вызвал большой интерес в конце девятнадцатого века, усилил влияние секуляризма на процесс ослабления ранее неприступных бастионов власти клерикалов. Перед лицом произошедшей за последний век трансформации религиозных концепций даже нынешний всплеск фундаментализма будет, возможно, рассматриваться в ретроспективе как не более чем обреченные на поражение отчаянные попытки отступающих сил воспротивиться неизбежному упразднению контроля со стороны официальной религии. По словам Бахауллы, «нет никакого сомнения в том, что народы мира, к какой бы расе или религии они ни принадлежали, получают свое вдохновение из одного небесного Источника и что все являются подданными одного Бога»6.

На протяжении этих важных десятилетий произошли также фундаментальные изменения в понимании физического мира человеческим разумом. В течение первой половины столетия новые теории относительности и квантовой механики, тесно связанные с природой и действием света, произвели революцию в физике и полностью изменили направление научного развития. Стало очевидным, что классическая физика способна объяснить природные явления только до определенной степени. Внезапно открылись новые пути изучения вселенной от ее мельчайших элементов до огромных систем в масштабах космоса. Результаты этих открытий вышли далеко за рамки физики и произвели потрясение самих основ мировоззрения, которое доминировало в научном мышлении на протяжении столетий. Навсегда остались в прошлом представления о вселенной как о часовом механизме и положения о независимости наблюдателя от объекта наблюдения, разума от материи. На фоне перспектив новых поразительных исследований теоретическая наука начала рассматривать возможность того, что цель и интеллект внутренне присущи природе и действию Вселенной.

На волне этих концептуальных изменений человечество вступило в эру, когда взаимодействие между естественными науками —физикой, химией и биологией, а также новой наукой экологией —открыло захватывающие дух возможности улучшения жизни. Особенно ярко проявились достижения в таких жизненно важных сферах, как сельское хозяйство и медицина, а также в освоении новых источников энергии. Новые достижения в материаловедении подарили человечеству вещества, неведомые в начале столетия — пластмассы и оптические волокна.

Успехи науки и достижения техники взаимно усиливают друг друга. Частицы песка — самого скромного и, на первый взгляд, самого бесполезного из всех материалов — превратились в кремниевые платы и в оптически чистое стекло, что послужило основой создания всемирных коммуникационных сетей. Все это, вместе с развертыванием все более сложных спутниковых систем, открывает для людей всего мира, причем без какого-либо различия, доступ к хранилищам знаний, накопленных человечеством. Очевидно, что в течение нескольких ближайших десятилетий произойдет объединение телефона, телевидения и компьютерных технологий в единую, всеобщую систему связи и информации, недорогие приборы которой станут доступны массовому потребителю. Трудно преувеличить психологический и социальный эффект ожидаемой замены неупорядоченного набора существующих денежных систем, являющихся для многих людей незыблемым оплотом национальной гордости, на единую мировую валюту, операции с которой будут проводиться преимущественно с помощью электронных сигналов.

Действительно, объединяющий эффект революционного двадцатого столетия нигде не проявился так ярко, как в изменениях, произошедших в науке и технике. Совершенно очевидно, что человечество сейчас обладает средствами, необходимыми для того, чтобы воплотить перспективные цели, которые ставит постепенно взрослеющее сознание людей. Если смотреть более глубоко, то такое пробуждение внутренних сил становится потенциально возможным для всех обитателей земли, независимо от расы, культуры или нации. Бахаулла пророчески предвидел: «Новая жизнь в сей век зарождается во всех народах земли; но никто пока не открыл ее причины и не осознал ее движущей силы»7. Сегодня, спустя более чем столетие со времени написания этих слов, смысл событий, произошедших за это время, становится очевидным для всех мыслящих людей планеты.

III

Высокая оценка, данная преобразованиям, произошедшим за период истории, который завершается ныне, вовсе не означает, что можно закрыть глаза на сопровождавшие их страшные события, которые находились в резком контрасте с отмеченными достижениями: преднамеренное уничтожение миллионов беззащитных людей; изобретение и использование новых орудий смерти, способных уничтожить население целых стран; возвышение идеологий, которые душили интеллектуальную и духовную жизнь целых народов; ущерб, нанесенный экологической системе всей планеты в таком масштабе, что для ее восстановления могут понадобиться века; и неизмеримо больший вред, причиненный поколениям детей, которых учили, что насилие, непристойное поведение и эгоизм — это завоевания свободы личности. Таковы только самые очевидные беды, не имеющие аналогов в истории, которые оставляет наша эпоха в назидание грядущим поколениям, что выросли на наших ошибках.

И все же тьма не является феноменом, обладающим собственным существованием, тем более существованием независимым. Она не может побороть свет или уменьшить его сияние; она существует лишь там, куда свет не проник или где его сияние недостаточно. Именно так ученые будущей более зрелой и беспристрастной эпохи станут оценивать развитие цивилизации в двадцатом веке. Жестокость нашей низшей природы, которая в эти критические годы выходила из-под контроля и, как временами казалось, угрожала самой жизни человечества, не смогла воспрепятствовать неудержимому раскрытию творческого потенциала, которым наделено человеческое сознание. Напротив, по ходу столетия растущее число людей пробуждалось к пониманию того, насколько пустыми были привязанности и безосновательными страхи, которые держали их в своем плену всего лишь незадолго до этого.

«Бесподобен День сей, ибо он является оком, взирающим на прошлые века, и светом, рассеивающим тьму времен»,— утверждает Бахаулла8. С этой точки зрения, вопрос заключается не во тьме, которая в течение всего подходящего к концу необыкновенного века замедляла прогресс, искажая его природу, а в том, сколько еще страданий и бедствий придется испытать человечеству, прежде чем мы всем сердцем примем истину о духовной природе, которая делает нас одним народом, и наберемся мужества для того, чтобы планировать наше будущее с учетом опыта, полученного столь мучительной ценой.

IV

Концепция будущей цивилизации, изложенная в писаниях Бахауллы, бросает вызов многому из того, что сегодня кажется нормальным и неизменным. Великие успехи, достигнутые в двадцатом столетии — столетии света, открыли двери в новый мир. Если процесс социальной и интеллектуальной эволюции действительно развивается в соответствии с моральными законами, изначально присутствующими во вселенной, то многое из теории современного подхода к принятию решений страдает серьезными недостатками. Если человеческое сознание духовно по своей природе,— как всегда и полагало интуитивно большинство обыкновенных людей,— то потребности его развития не могут быть осознаны и удовлетворены на основе объяснения реальности, которое с догматическим упорством настаивает на обратном.

Ни один другой аспект современной цивилизации не подвергается в концепции будущего Бахауллы более критическому анализу, чем культ индивидуализма, преобладающий ныне в большинстве стран мира. Пресловутая «погоня за счастьем», воспитываемая такими культурными явлениями, как политическая идеология, элитарность академической среды и общество потребления, привела к агрессивному и почти безграничному доминированию значимости личностных прав. Моральные последствия этого оказались разрушительными и опустошающими как для индивидов, так и для общества в целом: распространение болезней, наркомания и другие печально известные язвы конца двадцатого века. Задача освобождения человечества от такого основополагающего и широко распространенного заблуждения требует подвергнуть сомнению те представления о добре и зле, что глубоко укоренились в этом веке.

Что это за необоснованные представления? Наиболее очевидное из них заключается в том, что единство — это отдаленный и практически недостижимый идеал, о котором можно будет говорить всерьез лишь тогда, когда каким-то образом будет распутан клубок политических конфликтов, каким-то образом будут удовлетворены материальные нужды людей и каким-то образом будет устранена несправедливость. Бахаулла утверждает, что все как раз наоборот. Он говорит, что главная болезнь, от которой страдает общество и которая порождает все остальные беды,— это разобщенность человечества, несмотря на то, что его отличительной чертой является способность к сотрудничеству и что его прогресс всегда зависел от степени единства действий, которой человечество достигало в различные времена и в различных сообществах. Настаивать на утверждении, что склонность к конфликту — это внутреннее свойство человеческой природы, а не комплекс усвоенных привычек и установок, равносильно тому, что навязывать новому веку ошибки, которые трагическим образом искалечили человеческое прошлое. Бахаулла так обращался к избранным лидерам: «Рассматривайте мир как человеческое тело, что было сотворено единым и совершенным, но затем было поражено, по различным причинам, жестокими расстройствами и недугами»9.

С темой единства тесно связан и второй моральный вопрос, который прошедшее столетие поставило наиболее остро. В глазах Бога, как говорит Бахаулла, справедливость есть «любимейшая из вещей»10. Она дает возможность человеку смотреть на действительность своими, а не чужими глазами, и придает процессу коллективного принятия решений такое моральное право, какое только и может обеспечить единство мысли и действия. Как бы ни удовлетворяла нас существующая система международного порядка, что выстрадана на горьком опыте двадцатого столетия, ее успех в будущем будет зависеть от принятия морального принципа, который она воплощает. Если все человечество действительно едино и неделимо, то власть, данная его управляющим институтам, должна рассматриваться как ответственность перед всеми людьми. Человечество несет ответственность за каждого своего индивидуального члена, рожденного в этот мир, и именно эта особенность человеческого существования составляет истинное основание социальных, экономических и культурных прав, провозглашенных в Уставе Организации Объединенных Наций и в сопутствующих ей документах. Справедливость и единство оказывают взаимное воздействие друг на друга. «Цель справедливости — установление единства среди людей. Океан божественной мудрости вздымается в сем возвышенном слове, тогда как книги мира не могут вместить его внутреннего смысла»,— писал Бахаулла11.

По мере того, как общество принимает на себя обязательства, связанные с этими и другими моральными принципами,— как бы неуверенно и осторожно оно это ни делало,— служение обществу будет являться самой значительной и выдающейся ролью, предоставляемой его членам. Один из парадоксов человеческой жизни заключается в том, что развитие личности происходит в первую очередь тогда, когда человек принимает на себя обязательства перед внешним миром и забывает, пусть даже временно, о себе. В эпоху, когда каждому человеку, независимо от его происхождения, дается возможность принимать активное участие в формировании общественного порядка, идеал служения обществу приобретает совершенно иное звучание. Провозглашать смыслом жизни накопление богатства и самоутверждение человека означает превозносить главным образом его животную природу. Упрощенные идеи личного спасения также не могут более удовлетворить страждущие поколения, которые пришли к глубокому убеждению, что истинное осуществление своего предназначения — вопрос настолько же мира сего, как и мира следующего. «Озаботьтесь нуждами века, в коем живете,—наставляет Бахаулла,— и сосредоточьте свои размышления на его проблемах и потребностях»12.

Такой взгляд способен оказать глубокое воздействие на весь ход человеческих дел. Очевидно, например, что какими бы ни были заслуги отдельного государства в прошлом, чем дольше оно пытается сохранить свое доминирующее влияние на судьбы человечества, тем на более долгий срок откладывается достижение всеобщего мира и тем более глубокими будут страдания, навлекаемые на жителей земли. Какими бы великими ни были блага, принесенные процессом глобализации в экономической жизни человечества, становится очевидным, что этот же процесс привел к появлению беспрецедентной концентрации авторитарной власти, которую необходимо поставить под международный демократический контроль, чтобы бесчисленные миллионы людей не были обречены на бедность и ввергнуты в отчаяние. Подобным же образом, исторический прорыв в информационных и коммуникационных технологиях, который предоставляет столь мощные средства для продвижения социального развития и углубления чувства общности среди людей, может в такой же мере исказить импульсы, столь важные для осуществления этого процесса, и изменить их направление.

V

Бахаулла говорит о новых отношениях между Богом и человечеством, которые гармонично соответствуют наступающей эпохе его зрелости. Высшая Сущность, которая сотворила эту вселенную и поддерживает ее жизнь, навсегда останется за пределами человеческого понимания. То сознательное отношение человечества к этой Сущности, которое было ранее установлено, является результатом влияния Основателей великих религий — Моисея, Зороастра, Будды, Иисуса, Мухаммада и более ранних фигур, большинство имен которых не сохранились в истории. В ответ на эти Божественные импульсы народы земли постепенно развивали свои духовные, интеллектуальные и моральные способности, которые в совокупности и легли в основу цивилизованного существования людей. Этот тысячелетний процесс накопления достиг сейчас стадии, характерной для переломных моментов всех эволюционных процессов, когда внезапно пробуждаются возможности, доселе немыслимые: «Се есть День,— утверждает Бахаулла,— когда самые прекрасные благословения Бога были излиты на людей, День, в который Его самая могущественная благодать осенила все сотворенные вещи»13.

Как считает Бахаулла, история племен, народов и наций достигла своего логического завершения. То, что мы наблюдаем сегодня,—это начало истории человечества, истории человеческого рода, осознавшего свое единство. В этот переломный момент развития цивилизации его писания дают новое определение природы и процессов цивилизации, а также производят переоценку ее приоритетов. В писаниях содержится призыв к возрождению духовного сознания и чувства ответственности.

Писания Бахауллы не дают оснований для возникновения иллюзии о том, что ожидаемые перемены произойдут с легкостью. Совсем нет. Как уже показали события двадцатого века, привычки и установки, укоренившиеся за прошедшие тысячелетия, не могут быть отброшены спонтанно или просто в ответ на усилия в области образования и законодательства. Глубокие перемены в жизни человека или общества происходят чаще всего в результате жестоких страданий и невыносимых трудностей, которые не могут быть преодолены каким-либо иным способом. Бахаулла предупреждает, что только тяжелые испытания смогут объединить различные народы земли в один народ.

Духовное и материальное представления о природе бытия не могут быть совмещены, они ведут в разные стороны. К началу нового столетия тот путь, который соответствует второму из этих двух противоположных взглядов на мир, уже завел несчастное человечество далеко за ту черту, до которой еще можно было питать иллюзию здравого смысла, не говоря уже об истинном человеческом благополучии. С каждым днем множатся признаки того, что все больше людей пробуждается к осознанию этой истины.

Вопреки широко распространенному мнению, человеческий род — это не чистый лист бумаги, на котором избранные вершители человеческих судеб могут свободно начертать все, что им заблагорассудится. Родники духа пробиваются где могут и как могут. Они не будут бесконечно долго оставаться погребенными под обломками современного общества. Теперь уже не нужно обладать предвидением пророка, чтобы понять, что первые годы нового столетия станут свидетелями высвобождения энергий и устремлений гораздо более могущественных, чем установившаяся практика и те привычные заблуждения и привязанности, которые так долго сдерживали этот процесс.

Какими бы сильными ни были потрясения, новый период, в который вступает человечество, откроет для каждого человека, каждого института, каждого сообщества на земле беспрецедентные возможности для участия в созидании будущего планеты. «Скоро,—уверенно обещает Бахаулла,— нынешний порядок будет свернут и взамен него будет расстелен новый»14.

Примечания

1  Замечания депутата Луиса Гушикена и депутата Риты Камата. «Sessao Solene da Câmara Federal em Homenagem ao Centenário da Ascensao de Bahá’u’lláh», Brasilia, 28 May 1992.

2    Bahá’u’lláh, Tablets of Bahá’u’lláh Revealed after the Kitáb-i-Aqdas (Wilmette: Bahá’i Publishing Trust, 1997), p. 69.

3  Bahá’u’lláh, Epistle to the Son of the Wolf (Wilmette: Bahá’i Publishing Trust, 1988), p. 14.

4  Бахаулла. Крупицы, CXXXI.

5  ‘Abdul’Bahá, The Promulgation of Universal Peace: Talks Delivered by ‘Abdul’Bahá during His Visit to the United States and Canada in 1912, rev. ed. (Wilmette: Bahá’i Publishing Trust, 1982), pp. 74, 126.

6  Бахаулла. Крупицы, CXI.

7  Бахаулла. Крупицы, XCVI.

8Bahá’u’lláh, quoted in Shoghi Effendi, The Advent of Divine Justice (Wilmette: Bahá’i Publishing Trust, 1990), p. 79.

9  Бахаулла. Крупицы, CXX.

10 Бахаулла. Сокровенные Слова, № 2 с арабского.

11 Bahá’u’lláh, Tablets of Bahá’u’lláh Revealed after the Kitáb-i-Aqdas (Wilmette: Bahá’i Publishing Trust, 1997), p. 67.

12 Бахаулла. Крупицы, CVI.

13 Бахаулла. Крупицы, IV.

14 Бахаулла. Крупицы, IV.

© Международное Сообщество Бахаи, 1999
Кто создает будущее?
Размышления о двадцатом столетии
© Духовное Собрание Бахаи России
Who is Writing the future?
Reflections on the Twentieth Century
ISBN 5-93283-003-4

 

 

ЛР №  000057 от 30.12.98

Подписано в печать 5.01.2000

Формат 60 х 841/ 16.

Бумага офсетная. Печать офсетная.

Объем 1 печ. л.

Заказ №         . Тираж 2000 экз.

Издательский Фонд Бахаи «Единение»

195150 Санкт-Петербург, Свердловская наб. 62

Отпечатано с оригинал-макета

в типографии «АНТТ-Принт»

195279 Санкт-Петербург, пр. Ударников, 20

Использованы материалы официального интернет-сайта общины последователей Веры Бахаи в Азербайджане www.bahai.az (скачано: июль 2007)

 

Этот документ в формате RTF

Заявление Международного Сообщества Бахаи

 

Представлено д-ром Альбертом Линкольном, генеральным секретарем Международного Сообщества Бахаи

Зал Генеральной Ассамблеи ООН

Нью-Йорк, 29 августа 2000 г.

Г-н Генеральный Секретарь, Ваши Превосходительства, уважаемые участники, дамы и господа!

Более ста лет тому назад выдающийся религиозный деятель, заключенный в отдаленном поселении Оттоманской империи, представил видение, которое может вдохновить наше обсуждение во время этой исторической встречи. Обращаясь к одному из Своих последователей, Бахаулла написал:

«Мы уповаем на то, что вожди религий мира и правители его совместно поднимутся на то, чтобы преобразовать сей век и тем самым улучшить его судьбу. Да проникнутся они нуждами его и, собравшись на совместный совет, после вдумчивого и полного обсуждения пропишут недужному и тяжко страдающему миру необходимое целительное средство…»[1]

Наш мир в настоящее время претерпевает быстрые и глубокие изменения, неуклонно сближающие человечество, превращая его, как стали теперь говорить, в глобальную деревню. Культуры и народы, на протяжении почти всей своей истории жившие изолированно друг от друга, ныне сталкиваются лицом к лицу в своих повседневных делах. К несчастью, социальный прогресс, обретение мудрости и понимания не были столь же стремительными, как материальные достижения, и поэтому нашу глобальную деревню нельзя назвать счастливым или мирным поселением. Действительно, настало время, когда ее старейшины должны держать совместный совет и задуматься о будущем.

 

Дети — наше будущее

Если мы попытаемся взглянуть за пределы сиюминутных кризисов и конфликтов, то увидим, что одной из самых больших опасностей, стоящих перед человечеством, является появление поколения детей, растущего в нравственном вакууме. Наши сердца обращаются к детям-солдатам в Африке, к малолетним проституткам в Азии, к жалким обитателям бесчисленных трущоб и лагерей беженцев по всему миру, жертвам нищеты одновременно духовной и материальной. Не стоит, однако, забывать и миллионы молодых людей, растущих в обществах, традиционные системы ценностей которых разрушены, или тех, кто не получил духовного воспитания из-за догматично насаждавшегося в течение нескольких поколений материалистического взгляда на образование. И чтобы причины этого и средства их устранения не представлялись нам слишком простыми, давайте также вспомним и о юных воспитанниках идеологии вседозволенности, распространившейся на Западе, многие из которых так же хорошо вооружены и склонны к насилию, как и их сверстники в иных, не столь процветающих странах.

Каждый ребенок может стать и светом мира, и его тьмой. Если мы хотим, чтобы цивилизация процветала, мы все обязаны взять на себя ответственность за то, чтобы светильники этих душ были зажжены. Дети не должны быть лишены света нравственного воспитания, особенно девочки, через которых ценности будут передаваться грядущему поколению. В действительности, образованные женщины — один из важнейших ключей к миру во всем мире.[2]

 

Каким будет наш ответ?

Осмелюсь предположить, что данная проблема представляет для всех нас, собравшихся здесь, серьезный вызов, на который мы должны ответить.

Помимо свидетельства нового уровня зрелости межрелигиозного диалога, эта встреча духовных лидеров в зале Генеральной Ассамблеи Организации Объединенных Наций накануне Саммита Тысячелетия глав государств и правительств мира являет собой исторический и жизненно важный шаг в создании атмосферы взаимного уважения и сотрудничества между религиозными и политическими лидерами, без чего, вероятно, невозможно представить себе всеобщий мир и процветание человечества.[3]

Пожалуйста, не поймите меня превратно. Мы не стремимся к размыванию границ, к смешению религии и политики. Гармоничное сотрудничество этих двух групп лидеров тем более важно, что их роли столь различны и, вместе с тем, взаимно дополняют друг друга.

 

Роль религии

Истины ради следует признать, что на протяжении всей истории от имени религии творилось множество несправедливостей и жестокостей. Даже в наши дни религиозная пропаганда и подстрекательство разжигают страх, ненависть и войны во многих регионах мира. В Писаниях бахаи сказано, что если религия становится источником вражды, то лучше обойтись без нее.[4]

Однако если непредвзято взглянуть на учения Основателей великих религий мира в историческом контексте, то в них невозможно найти никакого оправдания тем предрассудкам и спорам, которые сотрясают ныне значительную часть человечества. Нетерпимость и фанатизм, несомненно, появляются в результате искажения истинных религиозных ценностей.[5]

Говоря о религии как о социальной силе, Бахаулла заявил: «Религия есть величайшее из средств для установления порядка в мире и покоя и довольства всех обитателей его».[6] «Цель религии»,— вновь утверждает Он,— «явленная с небес святой Божией Воли,— установить единство и согласие среди народов мира; не делайте ее поводом для разногласий и ссор».[7]

Истинный и прочный мир, к которому мы все стремимся, зависит от установления единства.[8] Если между нами воцарится такое единство, при котором наше разнообразие будет приветствоваться и уважаться, то можно будет разрешить любые проблемы. Сознательное применение принципа, согласно которому мы должны относиться к другим так же, как хотим, чтобы относились к нам,— принципа, который лежит в основе всех религий, — уже станет хорошим началом для осуществления коренных перемен в мире.

Чтобы сыграть конструктивную роль в формировании будущего человечества, религиозные лидеры должны в первую очередь сосредоточиться на тех центральных нравственных ценностях, которые являются общими для всех религиозных традиций, и не придавать значения различиям. [9] Каждый из нас может верить в то, что его религия — самая лучшая, однако мы должны уважать духовный выбор других людей, даже если считаем его ошибочным. Если и должно быть какое-то соперничество между религиями, то пусть оно выражается в стремлении превзойти других в деле наставления народов на путь мирного сосуществования, честного поведения и установления взаимопонимания.

Религия обладает способностью вдохновлять сердца и умы людей, побуждает их следовать по пути мира и взаимопонимания. У нее есть нравственный авторитет и этическое чувство, которые дополняют ресурсы и возможности, имеющиеся в руках правительства и гражданских групп. В самом деле, религия была в центре множества великих общественных движений, известных нам из истории.[10] Особая роль религиозных и духовных лидеров состоит в том, чтобы раскрывать перспективы развития человечества — не с заоблачных высот, но с точки зрения отрешенности от сиюминутных условий и партийной борьбы, являющейся частью повседневной политической жизни.

Наш погружающийся в хаос мир отчаянно нуждается в нравственном компасе, стрелка которого не колебалась бы из-за веяний моды, и который не был бы испорчен всепоглощающим материализмом современной эпохи. Созыв этого Саммита означает, что мир осознал такую необходимость и признает силу, сокрытую в мировых религиозных традициях.[11] Разве не должны мы приложить все силы, чтобы оправдать эти надежды? Если задача кажется нам непосильной — давайте вспомним о детях, нашем самом главном сокровище.

 

Конкретные рекомендации

Предлагаемые Международные Консультативные Советы религиозных и духовных лидеров должны функционировать в качестве орудия направления силы религии на улучшение мира во имя всех его обитателей, в том числе и детей. Соответствующие Региональные Советы могли бы служить для той же цели на региональном и национальном уровнях. Принимая во внимание уникальный потенциал этих новых органов в деле организации единодушных и систематических действий религиозных лидеров в поддержку процесса достижения мира во всем мире, именно на них мы сосредотачиваем свое внимание в этих конкретных рекомендациях.

Членство Консультативных Советов должно быть широким и представлять все мировые религии и духовные традиции. Мы рекомендуем, чтобы Советы функционировали на совещательной основе и, насколько возможно, в режиме консенсуса.[12] Мы также полагаем, что предпочтительнее не избирать и не назначать постоянных должностных лиц.

Неотъемлемой частью любой деятельности Консультативных Советов могло бы стать определение основополагающих ценностей, общих для всех религиозных и духовных традиций. Сформировавшееся при этом совместное понимание стало бы прочной базой для единодушных усилий в духе служения человечеству.

Среди самых неотложных задач, возложенных на них, была бы также задача сотрудничать с соответствующими агентствами ООН — ЮНЕСКО, ЮНИСЕФ, Программой развития ООН и Всемирным банком с целью разработать образовательную программу и систему преподавания для осуществления нравственного воспитания детей и молодежи. С этой целью Региональные Консультативные Советы могли бы помочь в организации процессов совещания на национальном и региональном уровне, в которых приняли бы участие эксперты в области педагогики и представители религиозных и духовных традиций, исповедуемых населением на данной территории.

Эти Советы могли бы служить посредниками в улаживании конфликтов, как уже существующих, так и потенциальных, в которых религиозные разногласия являются одним из факторов, или в тех случаях, когда может оказаться эффективным руководство из религиозных или духовных источников.

Они могли бы также рекомендовать и поощрять разработку и использование программ, нацеленных на гражданское примирение и восстановление взаимного доверия в тех странах, которые страдают от застарелых конфликтов.

Мандат Международного Консультативного Совета должен предусматривать право изучать и давать рекомендации по всему спектру направлений деятельности, программ и процессов ООН, поскольку следует помнить, что, несмотря на ряд впечатляющих достижений, этот всемирный орган и его подразделения зачастую отражают и продвигают материалистическое мировоззрение, расходящееся с духовными ценностями, которых придерживается большинство человечества.

Мы полагаем, что гармоничность действий Организации Объединенных Наций и эффективность ее программ только выиграли бы от более духовного подхода, основанного на общих ценностях мировых религиозных традиций.

 

Заключение

Если человечество хочет установить мир во всем мире, необходимо, чтобы духовная энергия, сокрытая в каждом из нас, была высвобождена и направлена на достижение этой благородной цели. Религия может высвободить духовную энергию, необходимую для построения Нового Мирового Порядка, а также обеспечить нужное для этого видение.

Создать мировое сообщество, основанное на единстве в разнообразии, опирающееся одновременно на любовь и справедливость — задача не из легких. Однако мы должны принять на себя эту ответственность — ответственность за себя, за наших детей и за грядущие поколения. В этом мы можем с уверенностью уповать на могущественную поддержку Всевластного Творца Вселенной, каким бы именем мы ни называли Его.

Наша роль — роль участников этой исторической встречи — проста и сложна одновременно. Позвольте мне закончить выступление следующим призывом, содержащимся в Писаниях бахаи:

«С совершенным дружелюбием и в духе подлинного братства советуйтесь друг с другом, и посвятите драгоценные дни вашей жизни улучшению мира...»[13]

© Международное Сообщество Бахаи / Bahá’í International Community
866 United Nations Plaza, Suite 120, New York, NY 10017 USA
Tel: +1 (212) 803 25 00,   Fax: +1 (212) 803 25 66/73
Email: Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

 
Примечания

[1] Бахаулла. Избранное из Писаний.— СПб.: Единение, 2001. — С. 43.

[2] В Писаниях бахаи объясняется, что женщины — «поборники идеи мира» (английский перевод можно найти в:'Abdu’l-Bahá, Star of the West, Vol. 14, August 1923, p. 133.). Когда женщины будут активно и в равной степени участвовать в делах мира, война прекратится. См. Абдул-Баха, «Провозглашение всеобщего мира»; Всемирный Дом Справедливости, «Обещание мира во всем мире», октябрь 1995 г.; «Женщины и мужчины: гармония в равенстве», компиляция Исследовательского отдела Всемирного Центра Бахаи, русский перевод, — СПб.: «Единение», 2000.

[3] Установление всеобщего мира и безопасности требует гораздо большего, нежели простое создание процедур и институтов, которые положили бы конец конфликтам. Оно требует напряжения всех интеллектуальных, нравственных и духовных сил, которые имеются в распоряжении человечества. Детальное обсуждение этого вопроса см. в «Обещание мира во всем мире». Трансформация, необходимая для установления всеобщего мира и процветания, должна затрагивать одновременно человеческое сознание и общественные институты. Это потребует определения конкретных стратегий и программ одновременного развития нравственности и административных способностей. Чтобы эти программы и стратегии оказались успешными, потребуется сотрудничество между религиями, организациями гражданского общества и общественными структурами, действующими на трех уровнях общества — личности, общества и органов управления. Исследование роли религии в развитии человеческих способностей см. в «Путь к процветанию человечества», заявлении Международного Сообщества Бахаи, январь 1995 г.; также см. статью «Оценка роли духовности в развитии: начальные соображения об использовании духовных индикаторов развития» (Valuing Spirituality in Development: Initial Considerations Regarding the Creation of Spiritually Based Indicators for Development) —  программное заявление Международного Сообщества Бахаи для проекта «Диалог о мировых религиях и развитии», февраль 1998 г.

[4] Abdu’l-Bahá, Promulgation of Universal Peace, pp. 167–8.

[5] Международное Сообщество Бахаи, «Кто созидает будущее? Размышления о XX столетии», февраль 1999 г.

[6] Бахаулла.  Цит. по Shoghi Effendi, World Order of Bahá’u’lláh, p186.

[7] Бахаулла. Скрижали, явленные после Китаб-и-Агдас.— СПб.: Единение, 2004.— Скрижаль «Ишрагат», девятый Ишраг.

[8] Бахаулла утверждает: «Благосостояние человечества, мир и безопасность достижимы только тогда, когда прочно утвердится единство его». «Крупицы из Писаний», CXXXI.

[9] Появляется все больше примеров взаимодействия между представителями различных конфессий, ведущих диалог в поисках точек соприкосновения. Эта работа предвосхищает дальнейшие достижения в этой области, когда непрерывный диалог между религиями без сомнения раскроет глубокие концептуальные нити единства, связывающие наши религиозные системы.

[10] Например, отдельные личности и общины, опирающиеся на свои религиозные убеждения, сыграли ключевую роль в запрещении рабства, в движении за гражданские права в США и в борьбе против апартеида.

[11] Некоторые могут посчитать такую оценку чрезмерно оптимистичной, однако мы не одиноки в этом мнении. Давайте вспомним «Альянс религий за экологию», «Диалог о мировых религиях и развитии» (сотрудничество религий с Всемирным Банком в деле борьбы с нищетой), работу «Парламента мировых религий», результатом которой стало принятие документа «Призыв к нашим руководящим институтам», а также предложения принца Филиппа в серии ВВС Reith Lectures 2000.

[12] Эта рекомендация опирается на наш опыт совещательного процесса в рамках администрации всемирной общины бахаи. Объяснение этого уникального процесса см. в «Путь к процветанию человечества», заявлении Международного Сообщества Бахаи, январь 1995 г.

[13] Бахаулла. Крупицы из Писаний. — СПб.: Единение, 1995. — ХСII.

 

Этот документ в формате MS Word  /  PDF

Текст на английском BIC Document #: 00-0829

Заявление Международного Сообщества Бахаи на Всемирной конференции по борьбе против расизма, расовой дискриминации, ксенофобии и связанной с ними нетерпимости

 

Дурбан, 31 августа - 7 сентября 2001 г.

Причина расизма — не цвет кожи, а человеческое мышление. Поэтому и исцеление от расовых предрассудков, ксенофобии и нетерпимости следует искать прежде всего в избавлении от ложных представлений, которые на протяжении столь многих тысячелетий были источником неверных концепций о превосходстве или, наоборот, более низком положении различных групп среди человечества.

Корень любых форм дискриминации и нетерпимости — ложная идея о том, что человечество состоит из отдельных, не связанных друг с другом рас, народов и каст, и что эти подгруппы обладают от природы разным интеллектуальным, нравственным и/или физическим потенциалом, что, в свою очередь, оправдывает различное отношение к ним.

В действительности же существует только одна человеческая раса. Мы единый народ, обитающий на планете Земля, одна человеческая семья, связанная общей судьбой, единое сообщество, созданное из одного вещества, сообщество, которому надлежит быть "как одна душа".

Признание этой реальности станет противоядием для расизма, ксенофобии и нетерпимости во всех их формах. Следовательно, осознание этого должно стать руководящим принципом во всех дискуссиях и обсуждениях во время Всемирной Конференции против расизма, а также ее финальным результатом.

Глубокое осознание этой истины нашего бытия способно не только вознести человечество над расизмом, расовыми и этническим предрассудками и ксенофобией, но и позволить нам преодолеть промежуточные концепции терпимости и многокультурности — концепции, являющиеся важными ступенями на пути к давней цели человечества — построению мирного, справедливого и единого мира, однако недостаточные для того, чтобы избавить нас от таких глубоко укоренившихся болезней, как расизм и иже с ним.

Принцип единства человечества затрагивает самые глубокие струны человеческой души. Это не просто один из способов говорить об идеалах братства или солидарности. Его не следует считать утопической идеей или просто красивым лозунгом. Напротив, он отражает непреходящую духовную, нравственную и физическую реальность, ярко высвеченную коллективной зрелостью человечества, принесенной нам XX веком. Сейчас этот принцип проступает все более отчетливо, поскольку, впервые в истории, все люди мира могут увидеть свою взаимозависимость и осознать свою принадлежность к единому целому.

Единство человечества полностью подтверждается наукой. Антропология, физиология, психология, социология, а недавно и генетика, расшифровавшая геном человека, продемонстрировали, что существует единственный человеческий вид, хотя его представители и различаются во второстепенных качествах. Великие религии мира тоже поддерживают этот принцип, пусть даже их последователи иногда и преисполняются ложного чувства превосходства над другими. Все Основатели великих религий мира обещали, что когда-нибудь мир и справедливость возобладают на земле и все человечество объединится.

Нынешнее осознание всеобщего единства человечества стало результатом исторического процесса, в ходе которого отдельные личности объединялись во все большие и большие группы. Мы прошли стадии рода, племени, города-государства, нации; следующий неизбежный шаг — создание всепланетной цивилизации. В этой новой всепланетной цивилизации все люди и народы станут составными частями единого великого организма. Как утверждал Бахаулла более ста лет назад: "Земля — единая страна, и все люди — ее граждане".

Кроме того, в Писаниях бахаи говорится, что единство человечества "подразумевает органическое изменение структуры современного общества, изменение, которого мир доселе не видел… Оно призывает не более и не менее чем к полной перестройке и демилитаризации всего цивилизованного мира — к миру, органически взаимосвязанному во всех главных аспектах своей жизни — в политических структурах, в духовных устремлениях, в торговле и финансах, в письменности и языке — и при этом бесконечно разнообразному в национальных особенностях составляющих его федеративных единиц".

Изучение тем Всемирной Конференции против расизма показывает, что правильное понимание реальности единства человечества должно привести к ряду важных выводов.

Такое понимание подразумевает, что любые законы, традиции или мировоззренческие концепции, дающие исключительные права или привилегии одной группе человечества по сравнению с другой, не только безнравственны, но противоречат высшему благу даже тех людей, которые считают себя в чем-то выше других.

Оно подразумевает, что национальные государства — блоки, из которых будет построено здание всепланетной цивилизации — должны придерживаться единых правовых стандартов и предпринять активные шаги к тому, чтобы очистить свое законодательство, традиции и методы деятельности от любых форм дискриминации по признаку расы, национальности или этнического происхождения.

Оно подразумевает, что справедливость должна стать руководящим принципом социальной организации, непременным правилом, результатом выполнения которого станут широкие мероприятия со стороны правительств и их органов, а также организаций гражданского общества, по борьбе с экономической несправедливостью на всех уровнях. Писания бахаи предусматривают как добровольные пожертвования, так и правительственные меры, например, "выравнивание и пропорциональное распределение" избыточного богатства, с тем, чтобы уничтожить пропасть между богатыми и бедными. Писания бахаи также предусматривают конкретные меры, например, участие работников в прибылях и возведение работы в ранг богослужения, что способствует общему экономическому процветанию всех классов.

Случаи ксенофобии, которые будет рассматривать Конференция, в том числе вопросы диаспор национальных меньшинств, неравного применения законов о гражданстве и проблемы расселения беженцев, также лучше решать в рамках принципа единства человечества и, как указал Бахаулла, концепции всемирного гражданства.

Кроме того, принцип единства человечества доказывает, что любая попытка выделить в современном мире отдельные "расы" или "народы" является искусственной и только запутывает ситуацию. Хотя расовое, национальное и/или этническое наследие можно рассматривать как повод для гордости и даже как основу для позитивного социального развития, такие различия не должны становиться поводом для новых форм разделения или — пусть даже завуалированного — чувства превосходства.

На протяжении многих лет Международное Сообщество Бахаи в своих заявлениях для ООН поддерживало или инициировало конкретные мероприятия в поддержку единства человечества и меры по борьбе с расизмом, в том числе:

  • Широкую поддержку международных образовательных проектов, которые внедряли бы осознание органического единства человечества, в том числе конкретный призыв к самой ООН оказать содействие этим усилиям и привлечь к участию в них национальные и местные органы власти и неправительственные организации.
  • Всеобщую ратификацию и поддержку международных институтов, которые представляли бы коллективную совесть человечества и могли бы помочь созданию всеобъемлющего юридического режима борьбы с расизмом и расовой дискриминацией,— в частности, Международной Конвенции по искоренению всех форм расовой дискриминации.
  • Всемирную поддержку образования в области прав человека, нацеленного на создание "культуры прав человека".

Международное Сообщество Бахаи также устраивало или активно поддерживало конкретные мероприятия, направленные на борьбу с расизмом и расовой дискриминацией. Действуя в основном через свои национальные органы, которых в настоящее время существует 182, Сообщество, например, организовало множество публичных встреч, конференций, образовательных программ, газетных статей, радиопрограмм и выставок, нацеленных непосредственно на борьбу с расизмом.

Опираясь на творческий дух личной инициативы, бахаи в ряде стран создали Комитеты расового единства, членами которых стали представители разных рас. Эти Комитеты разрабатывают программы борьбы с расовыми предрассудками и укрепляют среди жителей своего города или деревни узы взаимного уважения между представителями различных рас. Эти Комитеты помогают избавиться от расовых предрассудков прежде всего самим бахаи, а также содействуют избавлению от этих предрассудков общества в целом, широко сотрудничая с ведущими представителями правительственных, образовательных и религиозных кругов. Общины бахаи по всему миру организуют, например, молодежные кружки, посвященные расовому единству, устраивают тысячи мероприятий по празднованию "дней расового единства", инициируют теле- и видеокампании по продвижению расовой гармонии, проводят диалоги о расовом единстве на местном уровне и участвуют в различных национальных комиссиях по борьбе с расизмом.

Тот, кто стремится более глубоко понять, каким образом единство человечества может быть воплощено на практике, может изучить также и внутренний опыт Международного Сообщества Бахаи, которое предлагает постоянно развивающуюся модель гармоничного сотрудничества совершенно разных людей. Объединяя более 5 млн. членов, всемирная община бахаи включает представителей практически всех групп общества. В ней представлены более 2100 различных расовых и племенных групп, выходцы из всех наций, религий и классов.

Несмотря на разнообразие, отражающее всю пестроту населения мира, община бахаи представляет собой одно из самых сплоченных объединений людей на планете. Это единство не ограничивается только общим вероисповеданием. Люди из этих многочисленных общественных групп вступают в браки друг с другом, что поощряется в учении Веры Бахаи, и работают бок о бок в своих местных общинах, служа в управляющих советах на местном и национальном уровнях. Пристально изучив общину бахаи, вы обнаружите удивительно широко распространившуюся по планете, но исключительно сплоченную организацию, сознательно стремящуюся к созданию всепланетной культуры, к миру, справедливости и устойчивому развитию, и при этом не придающую ни одной группе людей исключительного статуса.

Бахаи верят, что их собственный успех в построении единой общины целиком и полностью обязан тому вдохновению, которое они черпают из духовных наставлений Бахауллы, много писавшего о важности единства и о насущной необходимости создания мирной всепланетной цивилизации. Более 100 лет назад Он выразил принцип, ставший основанием убеждений бахаи:

О ЧАДА ЧЕЛОВЕЧЕСКИЕ!
Разве не ведаете вы, почему Мы сотворили вас из общего праха? Дабы никто не величался пред другим. Всякий миг размышляйте в сердцах ваших о том, как вы были сотворены. Поскольку Мы создали всех вас из единого вещества, надлежит вам быть как одна душа, шагать одной стопою, вкушать одними устами и пребывать в одной стране, дабы из сокровенной сущности вашей делами вашими и поступками являли вы знамения единства и суть отрешения.

 

© Международное Сообщество Бахаи, Офис по продвижению женщин

Bahá’í International Community, Office for the Advancement of Women

866 United Nations Plaza, Suite 120, New York, NY 10017 USA

Tel:  +1 (212) 803 25 00

Fax: +1 (212) 803 25 66/73

Email: Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

Этот документ в формате MS Word  /  PDF

Документ ООН: A/CONF.189/10/Add.2 Документ МСБ: 01-0831

Оригинал заявления МСБ на английском

Использованы материалы официального интернет-сайта общины последователей Веры Бахаи в России www.bahai.ru - официальный веб-сайт общины последователей Веры Бахаи в России (скачано: июль 2007)

Заявление Международного Сообщества Бахаи на Всемирном Саммите по устойчивому развитию, Йоханнесбург, Южная Африка, 26 августа 2002 года

На протяжении ХХ века этнические, расовые и национальные предубеждения с возрастающей силой оказывались причиной признания того, что человечество – единая семья, а Земля – наш общий дом.[1] Организация Объединенных Наций (ООН), созданная в ответ на это окрыляющ ее прозрение, неустанно трудилась во имя создания такого мира, где все люди и народы смогут жить в мире и гармонии. Ради создания подобного мира ООН замечательным образом соединила в единую структуру множество международных институтов, движений, конвенций и глобальных планов действий, служащих предотвращению конфликтов и войн, защите прав человека, восстановлению равноправия между мужчинами и женщинами и улучшению материального положения бесчисленных индивидов и общин.

Несмотря на эти значительные достижения, Организации Объединенных Наций еще предстоит осознать ту конструктивную роль, которую может сыграть религия в создании мирного и процветающего мирового порядка, а также то деструктивное влияние, которое может оказать религиозный фанатизм на стабильность и развитие цивилизации. Этот недостаток внимания к религии можно ясно увидеть на примере деятельности в области развития, в которой Организация Объединенных Наций, по большей части, рассматривает религиозные общины лишь как каналы поставки товаров и услуг, а также как механизмы осуществления разработанных ООН программ и линий развития. Более того, в то время как созданный Организацией Объединенных Наций механизм защиты прав человека используется для осуждения религиозных нетерпимости и преследований[2], в политике и программах ООН по развитию[3] едва начинают рассматривать религиозный фанатизм как главное препятствие на пути к миру и процветанию[4].


Религия как основа прогресса цивилизации

Все более и более очевидным становится тот факт, что переход к кульминационной ступени в тысячелетнем процессе превращения планеты в единый дом для всей человеческой семьи не может быть завершен в духовном вакууме. Религия, как утверждают Писания Бахаи, «это источник просвещения, развития и вдохновляющий импульс всего прогресса человечества»[5], а также религия «была основой цивилизации и прогресса на протяжении всей истории человечества»[6]. Религия – это источник смысла жизни и надежды для великого множества людей нашей планеты, и она имеет неограниченную способность вдохновлять верующих на самопожертвование, самосовершенствование и исполнение долгосрочных обязательств[7]. Следовательно, невозможно представить себе, что мирное и процветающее мировое сообщество – сообщество, которое взращивает невероятное многообразие культур и народов – может быть основано и будет развиваться без непосредственного и существенного вовлечения величайших мировых религий в его формирование и развитие[8]. В то же время, невозможно отрицать тот факт, что мощь религии часто использовалась извращенным образом для того, чтобы восстал сосед против соседа. Писания Бахаи утверждают, что «религия должна быть источником дружбы, единства и близости Бога к человеку. Если же она возбуждает в людях ненависть и борьбу, то очевидно, что в данном случае отсутствие религии предпочтительнее, и что неверующий человек будет являться лучшим, нежели тот, кто ее исповедует»[9]. До тех пор, пока религиозной враждебности будет позволено дестабилизировать мир, невозможно будет воплотить в реальность глобальную модель устойчивого развития – главную цель работы этого Саммита.


Религия и Организация Объединенных Наций: совместная работа во имя мира и справедливости

Принимая во внимание наличие религиозного фанатизма, становится понятным, почему Организация Объединенных Наций не решалась вовлекать религию в процесс переговоров. Однако Организация Объединенных Наций больше не может игнорировать то неизмеримое благо, которое религии уже принесли и продолжают приносить миру, а также целительный, огромный вклад, который они могут сделать в установлении мирного, процветающего и стабильного мирового порядка. Действительно, Организация Объединенных Наций только преуспеет в случае установления мирового порядка именно в таком виде, в каком его видит и способна установить религия. Для этого необходимо относиться к религии не просто как к механизму распространения и исполнения идей развития, но как к активному партнеру в обосновании, формировании, осуществлении и развитии глобальных программ[10]. Исторически объяснимая стена, разделяющая Организацию Объединенных Наций и религии[11], должна пасть перед величием мира, борющегося за единство и справедливость[12]. Ответственность за это, однако, лежит на самих религиях. Верующие и, что намного более важно, религиозные лидеры должны доказать, что они достойные партнеры в великой миссии создания стабильной мировой цивилизации. Для этого достаточно, чтобы религиозные лидеры сознательно и неутомимо трудились над изгнанием религиозного фанатизма и предубеждений[13] из старых обычаев своей веры. Это неизбежно повлечет за собой признание права на свободу вероисповедания за всеми людьми, включая и их собственных последователей,[14] и отказ от притязаний на исключительность и окончательность любой из религий.[15] Не стоит ожидать, что принятие религии в качестве партнера в составе Организации Объединенных Наций будет мгновенным или что религиозная вражда сразу же будет уничтожена. Но настоятельные потребности человеческой семьи делают дальнейшую отсрочку в определении роли религии неприемлемой.


Религия и Организация Объединенных Наций: возможные шаги

Со своей стороны, Организация Объединенных Наций могла бы начать процесс основательного вовлечения религии в обсуждение проблемы будущего человечества, созвав первое собрание религиозных лидеров, возглавляемое, например, Генеральным Секретарем. В первую очередь, религиозным лидерам с помощью своих религиозных общин следует призвать правительства всего мира к разработке и ратификации конвенции о свободе религий и верований.[16] Подобная акция со стороны религиозных лидеров, которая будет свидетельствовать об их желании признать свободу вероисповедания за всеми народами, значительно снизит напряжение в мире. Собранию также следует обсудить вопрос создания в рамках системы Организации Объединенных Наций постоянно действующего религиозного форума, первоначально, возможно, по образцу недавно основанного ООН Постоянно Действующего Форума по вопросам местного значения. Создание подобного органа станет первым важным шагом к полной интеграции религии с Организацией Объединенных Наций в направлении работы по установлению мирового порядка без войн и раздоров.[17] Религиозные лидеры, в свою очередь, должны продемонстрировать свою готовность участвовать в подобном форуме. Лишь те из религиозных лидеров, кто разъясняет верующим, что предубеждениям, фанатизму и насилию нет места в жизни религиозного человека, должны быть приглашены к работе в этом органе.


Обещанное воцарение мира и справедливости

Очевидно, что чем дольше Организация Объединенных Наций будет откладывать вовлечение религии в свою работу, тем дольше человечество будет страдать от разрушительных воздействий несправедливости и разобщенности.[18] Точно так же очевидно, что до тех пор, пока религии мира не отвергнут фанатизм и не изгонят его из своих рядов, мир и процветание на планете будут оставаться несбыточной мечтой. Действительно, ответственность за бедственное положение человечества лежит, по большому счету, на религиозных лидерах. Именно они должны поднять свой голос, чтобы прекратить ненависть, угнетение права на свободу вероисповедания, насилие над правами человека, отрицание равенства всех людей, противостояние науке, торжество материализма, насилия и терроризма, которые творятся во имя религиозной истины. Более того, именно последователи всех религий должны изменить свою жизнь и надеть на себя одежды самопожертвования и служения на благо других, дабы способствовать таким образом воцарению давно обещанных мира и справедливости на Земле.


Сноски



[1] Вместе с этим осознанием пришло и понимание того, что мир и процветание на планете останутся невозможными до тех пор, пока продолжается угнетение прав человека, отрицание равенства женщин и мужчин, дискриминация этнических и расовых меньшинств, игнорирование разрушительных воздействий бедности и применение неограниченной верховной власти.

[2] К сожалению, Организация Объединенных Наций не смогла пойти дальше Декларации об уничтожении всех форм нетерпимости и дискриминации на основании религии или веры и не стала создавать Конвенцию о свободе религии и вероисповедания. Способность Организации Объединенных Наций трансформировать декларации Генеральной Ассамблеи по проблемам расовой и половой дискриминации в конвенции лишь еще больше подчеркивает ее неуспех в области проблемы свободы религии и верований. Имеется в виду тот факт, что после разработки Декларации об уничтожении всех форм расовой дискриминации и Декларации об уничтожении дискриминации женщин Организация Объединенных Наций создала Международную конвенцию об уничтожении всех форм расовой дискриминации и Конвенцию об уничтожении всех форм дискриминации женщин.

[3] Несмотря на то, что планы глобальных акций, разработанные на последних конференциях Организации Объединенных Наций предполагают, что злоупотребление религией является препятствием на пути развития, те немногочисленные ссылки, которые они в себя включают, не содержат ни исследования проблемы влияния религиозного фанатизма и насилия на развитие и безопасность человечества, ни предложения каких-либо подходящих решений этих проблем. (См.: Венская Декларация и Программа действий, II -22, 38; Копенгагенская Декларация и Программа действий, 69; Платформа для действий Четвертой Всемирной Конференции женщин, 24, 80 (f), 131, 224; Habitat Agenda, 25; Мы, люди: Роль Организации Объединенных Наций в двадцать первом веке, 200; Декларация Всемирной Конференции против расизма, расовой дискриминации, ксенофобии и связанной с ними нетерпимости, 59 -60). Повестка дня № 21 упоминает религию, но без ссылки на то влияние, которое оказывает злоупотребление религией на процесс развития (см. Повестка дня № 21, 5.53, 6.1, 6.3, 6.4, 6.12, 5.32, 6.34 (a)(i), 36.13 (а)). Более того, Программа осуществления Повестки дня № 21, которая была разработана на Всемирном Саммите +5, не содержит упоминания о религии вообще, а План-Проект Реализации к Всемирному Саммиту по устойчивому развитию, который обсуждался на Четвертой сессии Комитета по подготовке (27 мая – 7 июня 2002 года), упоминает религию лишь один раз, и то в контексте того, что предоставление религиозными институтами врачебной помощи нуждающимся «согласуется с …культурными и религиозными ценностями» (A/CONF199/PC/L.5, #45). Подобное невнимание к деструктивному влиянию религиозного фанатизма на процесс развития цивилизации в планах глобальных акций, разработанных на Всемирном Саммите, Всемирном Саммите +5 и Всемирном Саммите по устойчивому развитию, тем более удивительно, что на некоторых из конференций 1990-х годов выражалось, по меньшей мере, признание существования религиозной нетерпимости.

[4] В процессе борьбы с терроризмом Организация Объединенных Наций колеблется в определении того, следует ли относить к таковому религиозный фанатизм. Посредством множества резолюций, договоров и акций Организация Объединенных Наций пыталась достичь международного сотрудничества в борьбе с терроризмом, называя его «одной из наиболее серьезных угроз международному миру и безопасности в двадцать первом веке», а также «врагом всемирной стабильности и процветания» (S/RES1377(2001)). И в то же самое время Организация Объединенных Наций не считала нужным определить религиозный фанатизм как источник терроризма, называя его (если вообще упоминая о нем) весьма размыто – например, «терроризм, возбуждаемый нетерпимостью или экстремизмом» (S/RES/1373(2001)). В тех немногочисленных случаях, когда религиозный фанатизм упоминается прямо, он включен в список разнообразных оправданий – например, «криминальные действия, направленные на развязывание террора… нельзя оправдать, какие бы объяснения политического, философского, идеологического, расового, этнического, религиозного либо иного характера не использовались для их оправдания» (A/RES/55/158, пар. 2; см. также A/57/37, Приложение III, Статья 5, Доклад Комитета Ad Hoc (которому было поручено разработка Всеобщей Конвенции о международном терроризме), учрежденного Резолюцией Генеральной Ассамблеи 51/210 от 17 декабря 1996 года; а также Международную Конвенцию и запрете финансирования терроризма, Статья 6). Интересно, что различные резолюции, принятые Советом Безопасности, Генеральной Ассамблеей и Комиссией по правам человека в ответ на террористические акты от 11 сентября 2001 года, не смогли определить религиозный фанатизм в качестве той силы, которая вдохновила эти акты (чтобы найти ссылку на фанатическую мотивацию, достаточно просмотреть речи Генерального Секретаря ООН: «Все мы находимся в состоянии моральной борьбы со злом, которое является проклятием для всех вероисповеданий». SG/SM8013, Послание Генерального Секретаря Кофи Аннана Варшавской конференции по проблеме борьбы с терроризмом от 6 ноября 2001 года). Эта нерешительность признать и в полной мере осудить религиозный фанатизм, возбуждающий террористические акты, снижает эффективность усилий ООН покончить с международным терроризмом, так как эффективно бороться с подобными актами возможно, лишь четко определив и полностью понимая особую мотивацию, стоящую за ними.

[5] Абдул-Баха, «Распространение всеобщего мира»; Изд-во бахаи, Уилмет, штат Иллинойс, США, 1982, с. 361.

[6] Там же.

[7] Религия пробуждала в целых народах способность любить, прощать, творить, дерзать, преодолевать предрассудки, жертвовать во имя всеобщего блага и смирять проявления животной натуры. Невзирая ни на какие трудности и не получая почти никакой поддержки на этом пути, она продолжает воодушевлять бесчисленные миллионы людей на борьбу за выживание и рождает во всех странах героев и святых, чьи жизни представляют самое убедительное доказательство тех принципов, которые содержатся в Писаниях их религий. Действительно, фундаментальные законы и главные принципы религий на протяжении веков составляли основу социальной жизни, объединяя людей в общины и служа главным руководством в определении смысла и направления индивидуальной и коллективной жизни.

[8] Неправомерно утверждать, что международный режим защиты прав человека сможет заменить религиозную цель как сила, способная вдохновлять людей на жертвы и управлять изменениями, необходимыми для объединения и умиротворения человечества. Несмотря на то, что нормы и стандарты международных прав человека основываются главным образом на принципах, имеющих свои корни в мировых религиях, подобный режим, представляющий лишь сам себя – в отрыве от религиозной цели – не сможет продемонстрировать моральные подходы и выполнить обязательства, необходимые для установления и поддержания мира и справедливости на планете. На самом деле, отделенные от добродетелей, которым учат все религии – таких как доброта, прощение, сострадание, щедрость, любовь, пожертвование, ответственность и служение – права человека и фундаментальные свободы часто используются для оправдания эгоистичного индивидуализма, антисоциального образа жизни, этического релятивизма, возвышения одной культуры над другими и национального шовинизма.

[9] Абдул-Баха, «Распространение всеобщего мира»; Изд-во бахаи, Уилмет, штат Иллинойс, США, 1982, с. 181. Этот принцип часто подчеркивается в Писаниях Бахаи – например: «Если религия оказывается источником ненависти, вражды и разногласий, если она становится причиной войн и препирательств и побуждает людей убивать друг друга, то предпочтительным будет ее отсутствие» (там же, с. 298); «Если же религия становится причиной ненависти и конфликтов, то лучше, чтобы ее вообще не было. Жизнь без такой религии будет лучше, чем жизнь с нею» («Абдул-Баха в Лондоне»; Изд-во бахаи, Оэкхэм, Англия, 1982, с. 28); «Если религия станет причиной антипатий, ненависти или разногласий, то ей лучше вообще не существовать, и отчуждение от такой религии было бы истинно религиозным шагом. Если религия становится причиной отталкивания, ненависти и раздора, то лучше существовать без нее, и отказ от подобной религии был бы истинно религиозным поступком» (Абдул-Баха «Парижские беседы», 11-ое издание, Изд-во бахаи, Лондон, Англия, 1969, с. 130).

[10] Хотя религиозные принципы оказали ощутимое влияние на ООН, наиболее заметное в области защиты прав человека, ООН еще предстоит принять мировые религии в качестве подлинных партнеров в своей работе. Вовлечение религиозных неправительственных организаций (NGO) в определенные виды деятельности Организации Объединенных Наций; религиозные настроения, которые ООН и правительственные службы время от времени выражают в ходе обсуждений; статус Постоянного наблюдателя, занимаемый Папским Престолом (представляющим государство Ватикан) и другие подобные средства, с помощью которых голос религии иногда поднимается в ООН, едва ли можно назвать существенным и основательным вовлечением религий в обсуждения и концептуальную работу ООН. Подобный недостаток вовлеченности сбивает с толку, особенно если учесть, что Писания мировых религий обещают наступление века мира и гармонии во всем мире – века, приближение которого является главной целью работы Организации Объединенных Наций.

[11] Чтобы узнать о точке зрения ООН на влияние религиозных неправительственных организаций, см. “Religion and Public Policy at the UN”, Religion Counts, 2002.

[12] Такие инициативы, как Диалог о развитии мировых религий (совместная инициатива Всемирного Банка и некоторых мировых религий) и Саммит Тысячелетия религиозных и духовных лидеров по проблеме поддержания мира (всеобщий съезд религиозных лидеров, который проводился частью в Зале Генеральной Ассамблеи ООН и в котором участвовали должностные лица ООН, но который не был официально поддержан ООН) должны рассматриваться как первые шаги в направлении к прямому вовлечению религий в работу Организации Объединенных Наций. На примере подобных начальных шагов ООН следует устанавливать механизмы и процессы, которые привнесут в полном смысле религиозные ценности, устремления и мировоззрение в самое сердце такой, охватывающей весь мир, организации, какой является ООН.

[13] Религиозные лидеры должны признать науку и религию как две необходимые системы знаний, которым надлежит работать вместе во имя прогресса всего человечества. Тем же, кто отрицает отношение религии к разрешению кажущихся недоступными проблем, стоящих перед человечеством, следует без предубеждения обратиться к проницательности и руководству религии, дабы обеспечить надлежащее использование знаний и опыта, полученных в результате научных исследований. Фундаментальный принцип Веры Бахаи – гармония науки и религии: «Бог наделил человека интеллектом и разумом, с помощью которых ему надлежит устанавливать истинность вопросов и утверждений. Если религиозные убеждения и мнения расходятся с нормами науки, они являются просто предрассудками и фантазиями; противоположностью знания является невежество, а дитя невежества – предрассудки. Несомненно, должно быть согласие между истинной религией и наукой. Если утверждение оказывается противоречащим разуму, вера здесь невозможна, и не может быть иного результата, кроме сомнений и нерешительности». (Абдул-Баха, «Распространение всеобщего мира»; Изд-во бахаи, Уилмет, штат Иллинойс, США, 1982, с. 181).

[14] Предоставление свободы вероисповедания включает в себя разрешение индивидам самостоятельно изучать реальность, изучать и оценивать другие религии, а также поменять свое вероисповедание, если они того пожелают. Писания Бахаи подчеркивают, что сила и принуждение в вопросах религии и веры являются нарушениями Божественного повеления: «сознание человека священно и должно быть уважаемо» (Абдул-Баха «Записки путешественника»; Изд-во бахаи, Уилмет, штат Иллинойс, США, 1980, с. 91). Конечно, критерием человечности является возможность личности самостоятельно исследовать реальность, делать свободный выбор религии и верования и поклоняться Богу таким способом, какой человек считает правильным.

[15] Чтобы выйти за рамки этих догм, понадобится признание того, что все мировые религии равны по своей природе и происхождению и являются аспектами единого божественного, прогрессивного, цивилизационного процесса, облагораживающего человеческую способность познавать, любить и служить. Бахаулла утверждает: «Нет никакого сомнения, что народы земли, к какому бы корню или вере не принадлежали, черпают вдохновение свое из одного небесного Источника и служат одному Богу» («Избранное из Писаний Бахауллы», CXI.:1; Изд-во бахаи, Уилмет, штат Иллинойс, США, 1976, с. 217). Будущее человечества в конечном итоге зависит от признания или отрицания этого понимания природы и источника величайших мировых религий.

[16] Другие попытки могут включать в себя разработку и ратификацию международных конвенций об образовании и средствах массовой информации. Построенные на основе Конвенции против дискриминации в обучении, эти конвенции должны открыто осуждать и безжалостно наказывать тех, кто во имя религии использует образование и средства массовой информации для угнетения свободы вероисповеданий и содействия разногласиям, ненависти, терроризму, насилию и кровопролитию. Не должно быть никакого снисхождения к тем учебным заведениям или программам, или к средствам и программам массовой информации – будь то общественные или частные, – которые способствуют распространению подобного отношения и поведения.

[17] Мнение о том, что многообразие религий помешает возможности эффективного вовлечения религий в работу Организации Объединенных Наций, является неверным. Мировые религии содержат много общих духовных истин, и в настоящий момент они все больше сближаются на всех уровнях, для того чтобы изучать общие ценности и цели, работать над повышением эффективности правительственных программ и политики и воплощать в жизнь множество разнообразных инициатив. На самом деле, общее представление о мирном будущем, разделяемое всеми мировыми религиями, означает необъятные усилия, энергию и ресурсы, которые даст вовлечение религий в работу Организации Объединенных Наций – организации, которая находится в поиске тех, кто сможет выполнить ее глобальные предписания.

[18] Возрастающая опасность глобальной катастрофы, спровоцированной религиозными предрассудками, еще больше подчеркивает настоятельную необходимость вовлечения религии в работу ООН. Однако, такого рода опасность правительства мира не смогут предотвратить в одиночку. Не стоит также думать, что одни лишь призывы к взаимной терпимости смогут устранить агрессивность, притязающую на то, что она благословлена свыше. Ситуация требует от религиозных лидеров столь же решительно порвать с прошлым, как это уже сделали многие лидеры до них, – те, что привлекли внимание общества к не менее разрушительным расовым, гендерным и национальным предрассудкам. Единственный допустимый повод для оказания на других людей влияния в вопросах совести, – это служение на благо человечества. В этот величайший поворотный момент в истории цивилизации потребность в таком служении нельзя переоценить.

Этот документ в формате MS Word  В формате PDF

Заявление Международного Сообщества Бахаи к 60-й годовщине Организации Объединённых Наций

 

I.

The Search for Values in an age of Transition

1.     В 1945 году, с возникновением Организации Объединённых Наций, перед измученным войной миром раскрылось представление о том, чего можно достичь на арене международного сотрудничества, и возник новый стандарт того, как именно следует вести столь непохожие друг на друга народы и нации Земли к мирному сосуществованию. На фоне самой бедственной войны в истории человечества создание всемирной организации для защиты достоинства, равноправия и безопасности всех народов и наций было чрезвычайно важным достижением науки управления государством. Шестьдесят лет спустя вопросы, когда-то приведшие к созыву Конференции в Сан-Франциско, вновь встают перед нами: «Почему нынешние системы управления не могут обеспечить безопасность, процветание и благосостояние народов мира? Каковы обязанности наций по отношению к своим соседям и их гражданам? Какие фундаментальные ценности должны направлять взаимоотношения между нациями и внутри стран, чтобы обеспечить им мирное будущее?»

2.     В ходе коллективных усилий по отысканию ответов на эти вопросы возникает новая парадигма — парадигма взаимосвязанности наших проблем и нашего процветания. Будь то нищета, бесконтрольное распространение оружия, роль женщин, ВИЧ/СПИД, всемирная торговля, религия, экологическая устойчивость, благосостояние детей, коррупция или права меньшинств, очевидно, что никакие трудности, стоящие перед человечеством, не могут быть адекватно решены в изоляции друг от друга. Размывание национальных барьеров перед лицом глобального кризиса показывает, без тени сомнения, что человечество — единый организм.[1] Практические следствия этой нарождающейся парадигмы для реформирования Организации Объединённых Наций и стали основой заявления Международного Сообщества Бахаи к 60-й годовщине этого величественного института. [2]

3.     Процессы реформирования Организации Объединённых Наций необходимо рассматривать в рамках более широкого эволюционного курса, который начался с ранних форм международного сотрудничества, таких, как Лига Наций, и привёл к более высоким уровням интеграции в управлении человеческими делами, чему способствовало создание Организации Объединённых Наций, Всеобщая декларация прав человека, расширение кодекса международного права, возникновение и интеграция в мировое сообщество новых независимых стран, а также механизмы регионального и глобального сотрудничества. Только за последние 15 лет были созданы Всемирная торговая организация, Международный уголовный суд, Африканский союз, заметно расширился Европейский союз, стали проходить кампании глобальной координации усилий гражданского общества, были чётко сформулированы «Цели развития на пороге нового тысячелетия» — беспрецедентная глобальная структура развития, нацеленная на искоренение нищеты по всему миру. В процессе этих изменений само определение государственного суверенитета, этого краеугольного камня современной системы международных отношений и основополагающего принципа Устава ООН, стало предметом горячих дискуссий: «Каковы пределы традиционного понятия суверенитета? Каковы обязанности стран по отношению к своим гражданам и друг к другу? Как следует принуждать к исполнению таких обязанностей?»[3] Хотя возникающие общественные институты и движения зачастую нестабильны, а дискуссии проходят неровно, тем не менее, все они неуклонно стремятся в одном направлении — к сплочённости в мировых делах, и эту тенденцию можно считать самой яркой характеристикой социальной организации конца XX века и первых лет нового тысячелетия.

4.     Почему же, принимая во внимание существенное умножение механизмов и форм сотрудничества, человечество раздирают столь глубокие противоречия? В чём причины этих всепроникающих проблем, омрачающих отношения между представителями разных культур, вероисповеданий, религий, политических взглядов, людей разного экономического положения и разной половой принадлежности? Чтобы дать ответ на эти вопросы, мы должны беспристрастно изучить правовые стандарты, политические и экономические теории, ценности и религиозные формулы, что более не способствуют благосостоянию человечества. Развитие мужчин и мальчиков за счёт женщин и девочек сильно ограничивает развитие творческих и материальных возможностей общества; пренебрежительное отношение к культурным и религиозным меньшинствам разжигает древние предрассудки, настраивающие народы и нации друг против друга; в других странах права и возможности граждан ставятся под угрозу из-за разнузданного национализма;слабые страны захлёстывают волны конфликтов, беззаконие и массовые потоки беженцев; недальновидные экономические программы, отдающие приоритет материальному процветанию, часто душат социальное и нравственное развитие, необходимое для справедливого и общеполезного использования богатства. Такие кризисы ясно обозначили пределы традиционных подходов к управлению и поставили перед Организация Объединённых Наций неизбежный вопрос нравственных ориентиров: какие ценности могут помочь нациям и народам мира преодолеть хаос противоречивых интересов и идеологий и создать мировое сообщество, способное на практике реализовать принципы справедливости и беспристрастности на всех своих уровнях?

5.     Вопрос нравственных ценностей и их неразрывной связи с религиозными системами и верованиями занимает всеобщее внимание как предмет глобальной важности, который ООН не может позволить себе игнорировать. Хотя Генеральная Ассамблея выпустила несколько резолюций, рассматривающих роль религии в деле установления мира и призывающих к искоренению религиозной нетерпимости,[4] она по-прежнему недооценивает как возможную конструктивную роль религии в создании мирного глобального порядка, так и разрушительный эффект религиозного фанатизма для стабильности и развития во всём мире. Всё большее число лидеров и совещательных органов признаёт, что эти соображения должны переместиться с периферии к центру дискуссии — то есть следует составить более полную картину религиозно-ориентированных факторов[5] , оказывающих воздействие на государственное управление, дипломатию, права человека, развитие, понятия справедливости и коллективной безопасности.[6] Ни политические лидеры, ни учёные не предвидели такого повсеместного возрождения религии на общественной сцене, равно как и практика международных отношений не выработала концептуальных инструментов осмысленного построения отношений с религиями. [7] Унаследованные нами представления о религии как о бессмысленном и обструкционистском голосе в сфере международных отношений бесполезны для разрешения сложных проблем, стоящих сейчас перед лидерами всех народов мира. В действительности, вопрос о роли религии в обществе — один из самых животрепещущих для нашего времени.

6.     Нельзя отрицать, что религиями нередко манипулируют и пользуются ими как прикрытием для достижения сиюминутных целей. И тем не менее, внимательный исторический анализ показывает, что величайшего расцвета человеческая цивилизация достигала в те периоды, когда вере и разуму позволяли трудиться вместе, опираясь на все доступные ресурсы человеческой мудрости и опыта. Так, на пике мусульманской цивилизации процветали наука, философия и искусство; энергичная культура познания вознесла человеческое воображение на новые высоты, обеспечив, наряду с прочим, математический базис для многих нынешних технологических инноваций. Когда мы обозреваем разнородные цивилизации, созданные человечеством, мы видим, что религия обеспечивала фундамент для возникновения новых моральных кодексов и юридических стандартов, поднимавших обширные регионы планеты из состояния варварства и часто анархических систем до более сложных форм управления. К сожалению, в нынешних публичных дискуссиях о религии тон в основном задают экстремисты как от того, так и от другого лагеря — те, кто силой навязывает свою религиозную идеологию (крайним выражением чего является терроризм) и те, кто вообще отказывает религиозной вере в праве голоса. И всё же ни одна из этих крайностей не представляет взгляды большинства человечества, и ни одна из них не содействует устойчивому мирному сосуществованию.

7.     В этот непростой для нашего глобального общества момент первостепенное значение приобретает поиск общих ценностей, «золотой середины» между непримиримыми крайностями. Озабоченность исключительно материальными вопросами делает нас слепыми к тому, насколько важны для дипломатии и процесса принятия решений религиозные, идеологические и культурные факторы. Если мы хотим продвинуться дальше стадии, на которой сообщество наций связывают прежде всего экономические взаимоотношения, и научиться принимать ответственность за благополучие и безопасность друг друга, вопрос ценностей должен занять центральное место в наших дискуссиях, причём обсуждаться энергично и в явной форме. Хотя ООН многократно подчёркивала необходимость многостороннего подхода, такие усилия сами по себе, хотя и станут шагом в нужном направлении, не обеспечат адекватного базиса для воспитания чувства общности между нациями; сотрудничество как таковое не создаёт фундамента законности и не гарантирует всеобщего блага. Для того, чтобы выполнить обещания Устава Организации Объединённых Наций, Всеобщей декларации прав человека и последующих соглашений и резолюций, уже нельзя довольствоваться только пассивным принятием мировоззрений друг друга; необходимо активно искать те общие ценности и моральные принципы, которые улучшат положение каждой женщины, каждого мужчины и каждого ребёнка, невзирая на их расовую, классовую или религиозную принадлежность и политическую приверженность.

8.     Мы утверждаем, что возникающий глобальный миропорядок, а также процессы глобализации, которые его определяют, должны основываться на принципе единства человечества. Этот принцип, если он будет осознан и принят всеми, обеспечит единое реалистичное основание для взаимоотношений между странами и народами. Всё более очевидная взаимосвязь развития, безопасности и прав человека на глобальном уровне подтверждает, что мир и процветание неразрывны — ни одна страна или община не обретёт стабильного благосостояния, пока игнорируются интересы остальных народов. Принцип единства человечества ни в коей мере не подрывает национальную автономию и не подавляет культурное и интеллектуальное разнообразие народов и наций мира. Напротив, в основе его лежит укрепление существующих основ общества за счёт расширения понятия патриотизма, призыва к устремлениям более высоким, чем те, что всегда двигали человеческим родом. На самом деле, именно этот принцип и способен обеспечить нравственный импульс, необходимый для трансформации институтов управления в соответствии с нуждами постоянно меняющегося мира.

9.     Мы предлагаем, опираясь на Учение Бахаи, следующее видение, реализацией которого занимаются члены мировой общины бахаи в 191 стране:

«Мировое сообщество, в котором навсегда покончено со всеми экономическими преградами и открыто признана взаимозависимость капитала и труда; в котором навсегда утихнут шторма религиозного фанатизма и распрей; в котором, наконец, будет потушено пламя расовой враждебности; в котором единый кодекс международного права, принятый в результате самого тщательного рассмотрения федеративными представителями всего мира, будет предусматривать в качестве санкции немедленное и решительное вмешательство объединённых сил федеративных единиц; и, где, наконец, ярость непостоянного и воинствующего национализма сменит немеркнущее чувство мирового гражданства…»[8]

 

II.

10. В свете предшествующего анализа и учитывая темы, рассматриваемые сейчас Организацией Объединённых Наций, мы предлагаем следующие рекомендации по конкретным шагам на пути к построению более справедливой и эффективной системы ООН. Наши рекомендации касаются прав человека и верховенства закона, развития, демократии и коллективной безопасности.

 

Права человека и верховенство закона

11. Невозможно основать и поддерживать эффективный и мирный международный порядок, который бы не опирался твёрдо на принципы справедливости и законности. Строгое соблюдение этих принципов обеспечивает должную стабильность и юридический базис, необходимые для того, чтобы система пользовалась поддержкой тех самых народов и наций, которым она призвана служить. Мы предлагаем следующие рекомендации:

a.      Серьёзная угроза, которую представляет религиозный экстремизм, нетерпимость и дискриминация, требуют от Организации Объединённых Наций открытого и немедленного рассмотрения этого вопроса. Мы призываем ООН решительно подтвердить право личности на переход из одной религии в другую. Генеральная Ассамблея может просить Международный Суд, согласно статье 96 Устава Организации Объединённых Наций, предложить свою рекомендацию касательно вопроса свободы вероисповедания или убеждений. Конкретно, можно было бы спросить Суд, достиг ли принцип свободы вероисповедания или убеждений статуса jus cogens (общего международного права), или оставлен на усмотрение каждого отдельного государства. Такое разъяснение помогло бы избавиться от ошибочных толкований этого права и наделило бы моральным авторитетом заявления, осуждающие политические принципы и практики, нарушающие принцип отсутствия дискриминации по признаку религии или верований.[9]

б.     Помимо продолжения структурных и функциональных реформ механизмов обеспечения прав человека в Организации Объединённых Нации, законность этих механизмов должна быть восстановлена на основе строгого соблюдения высочайших принципов справедливости, включая те из них, что провозглашены в Уставе Организации Объединённых Наций и Всеобщей декларации прав человека. Только так можно будет обеспечить законность и доверие государств-членов и их граждан, без чего полномочия ООН не могут быть реализованы.

в.      Генеральной Ассамблее следует подумать о назначении сроков для повсеместной ратификации международных соглашений о правах человека.

г.     Представительство Верховного Комиссара по правам человека, поддерживаемое необходимыми моральными, интеллектуальными и материальными ресурсами, должно стать знаменосцем в области прав человека и эффективным орудием облегчения страданий как отдельных людей, так и групп, чьи права нарушаются.

  • Специальные Процедуры, будучи одним из самых эффективных инструментов защиты прав человека, должны получать надлежащую финансовую и административную поддержку. Сотрудничество правительств со Специальными Процедурами не должно ограничиваться предоставлением доступа на территорию страны, но, что не менее важно, должно включать полный учёт выданных рекомендаций. Эти рекомендации должны отражаться в диалогах между Докладчиком и государствами-членами.
  • Отдел общественной информации Представительства Верховного Комиссара должен активизировать свою работу с тем, чтобы резолюции Комиссии и Совета по правам человека, рекомендации Специальных Процедур и заключительные замечания органов, надзирающих за исполнением договоров, больше освещались в средствах массовой информации. Эта работа может включать, например, перевод документов на соответствующие национальные языки с тем, чтобы процесс шёл более гласно.
  • Представительство Верховного Комиссара, наряду с Советом, должно продолжать своё плодотворное сотрудничество с неправительственными организациями, которые, начиная с момента его зарождения, содействовали как работе Представительства, так и развитию способности неправительственных организаций осмысленно действовать в этом контексте.

 

Развитие

12. В основе человеческого развития должно лежать понимание того, что люди — невосполнимый ресурс в самоподдерживающемся процессе изменений. Нужно найти подходы, которые позволили бы им полностью выразить этот потенциал во всех его многообразных аспектах. Однако развитие, сформулированное в терминах тех или иных шаблонов «модернизации», очевидно, подразумевает именно те самые процессы, что способствуют доминированию материальных устремлений людей над их духовными целями. Хотя достижение как можно более высокого научного и технологического уровня общества — главная цель человеческого развития, тем не менее, опорой для его образовательных, экономических, политических и культурных структур должна быть концепция духовности, а не только удовлетворения материальных потребностей. Мы предлагаем следующие рекомендации:

a.      Способность людей участвовать в создании и прикладном использовании знаний — основополагающий компонент человеческого развития. Таким образом, главное внимание следует обратить на образование и девочек, и мальчиков, и женщин, и мужчин, чтобы позволить им выбирать собственный путь развития и применять свои знания во имя служения обществу. Организации Объединённых Наций следует учесть, что, с точки зрения экономических капитальных вложений, образование девочек чаще всего обеспечивает самый большой доход по сравнению со всеми другими вариантами инвестиций, возможными в развивающихся странах, принимая во внимание как личные социальные блага, так и окупаемость для членов семьи и общества в целом.[10]

б.     Мы предлагаем вниманию Организации Объединённых Наций пять духовных принципов, которые могут послужить основой для определения индикаторов человеческого развития и которые можно использовать наряду с уже имеющимися показателями развития. Эти принципы включают: единство в разнообразии, равенство и справедливость, равенство полов, надёжность и моральное лидерство, а также свободу совести, мышления и религии.[11]

в.      Богатые страны несут моральную ответственность за то, чтобы никакие искусственные экспортные и торговые ограничения не мешали другим государствам выходить на глобальный рынок. «Монтеррейское соглашение», признающее важность «более открытой, упорядоченной, недискриминирующей и справедливой» системы торговли, является шагом в нужном направлении.[12]

г.     Наряду с реформированием системы торговли, страны должны облегчить движение на рынке труда и разрешить проблему варварской торговли людьми, приводящей к разгулу экономической и сексуальной эксплуатации тех, кто ищет лучшей жизни.

 

Демократия

13.Мы искренне благодарны международному сообществу за его преданность делу демократии и за то, что оно считает свободно избираемые правительства общечеловеческой ценностью. Тем не менее, для того, чтобы реализовать цели Организации Объединённых Наций, требуется поднять стандарт обсуждений и поиска истины значительно выше тех шаблонов партийных пристрастий, протестов и компромиссов, которые характеризуют нынешние обсуждения проблем человечества. Необходим совещательный процесс,— причём на всех уровнях управления,— в котором отдельные участники готовы подняться над собственной точкой зрения и функционировать как члены единого организма, имеющего коллективные интересы и цели. Благодаря всеобщему участию и единству цели совещание станет действующим выражением справедливости в человеческих делах. Без этого принципиального якоря демократия падёт жертвой засилья индивидуализма и национализма, которые разъедают ткань общества как на национальном уровне, так и на глобальном.

14. Помимо задачи достижения материальных целей, освоение науки управления также упражняет в нас нравственность. Это — выражение заботы об общем благе и чувства ответственности, побуждающего защищать своих сограждан и служить им. В действительности, демократия будет успешной настолько, насколько она будет регулироваться моральными принципами, гармонирующими с насущными интересами стремительно взрослеющего человечества. Эти принципы включают: надёжность и честность, необходимые для того, чтобы завоевать уважение и поддержку народа; прозрачность; учёт мнений тех, кого касается принимаемое решение; объективную оценку потребностей и желаний тех сообществ, которым служит данная властная структура; надлежащее использование научных и моральных ресурсов. [13] Мы предлагаем следующие рекомендации:

a.      Чтобы обеспечить законность, доверие и поддержку, необходимые для реализации её целей, Организация Объединённых Наций должна решить проблему дефицита демократии в своих собственных агентствах и совещательных процессах.

б.     Тщательное обсуждение насущных вопросов требует от Организации Объединённых Наций разработать способы конструктивного и систематического сотрудничества с организациями гражданского общества (включая предпринимателей и религиозные организации), а также членами национальных парламентов. Между организациями гражданского общества, парламентариями и традиционными дипломатическими процессами Организации Объединённых Нации должны существовать отношения не соперничества, но, скорее, взаимодополняемости, проистекающие из признания того, что сильные стороны всех трёх участников процесса необходимы для эффективного принятия решений и последующей их реализации. [14] Мы призываем Организацию Объединённых Наций серьёзно рассмотреть предложения, сформулированные в Отчёте Совета выдающихся людей по взаимоотношениям ООН — гражданское общество.[15]

в.      Здоровая демократия должна основываться на принципе равенства мужчин и женщин и равного признания их вклада в создание справедливого общества. Прилагая усилия по укреплению демократии, государства-члены Организации Объединённых Нации должны всемерно привлекать женщин к работе на всех уровнях правительств своих стран. Это не привилегия, но практическая необходимость для достижения тех благородных и сложных целей, что стоят сегодня перед ООН.

г.     Осмысленная интеграция меньшинств в демократические процессы имеет критическую важность — как для того, чтобы уберечь меньшинства от злоупотреблений прошлого, так и для того, чтобы они почувствовали ответственность за благосостояние общества в целом и стали активно работать ради этого. Мы призываем государства-члены, в их усилиях по развитию демократии, полноценно включать меньшинства — то есть представителей любых вер, рас и классов — в процессы выработки и обсуждения целей общества. Поскольку культурный состав многих государств становится всё более текучим и разнородным, ни одна культурная или религиозная группа более не может притязать на то, что способна адекватно определять общенациональные интересы.

 

Коллективная безопасность

15. Мы приветствуем усилия Организации Объединённых Наций по формированию более широкого представления о коллективной безопасности, опирающегося на понимание того, что в нашем взаимосвязанном мире угроза одному есть угроза всем. В Святых Писаниях Веры Бахаи говорится о системе коллективной безопасности в рамках глобальной федерации, где национальные границы будут окончательно определены, а все нации мира добровольно уступят этой федерации права на содержание вооружённых сил, за исключением тех небольших формирований, что предназначены для поддержания внутреннего порядка.[16] Осознавая серьёзные недостатки нынешней системы коллективной безопасности, мы, тем не менее, одобряем принятие Советом Безопасности эпохальной резолюции «Женщины, мир и безопасность»[17] , признающей, впервые в истории, права женщин и девочек во время конфликтов и после них[18] , а также их непреходящую роль в деле установления мира. Мы предлагаем следующие рекомендации:

a.      Чтобы решить проблему дефицита демократии и безжалостной политизации Совета Безопасности, Организация Объединённых Наций должна без лишних проволочек приступить к разработке процедуры, которая позволила бы со временем отказаться от идеологии постоянного членства и права вето.[19] Наряду с процедурными реформами потребуются кардинальные изменения в мировоззрении и манере вести дела. Государства-члены должны осознать, что пребывание в Совете Безопасности и подписание ими Устава ООН накладывают на них серьёзные моральные и юридические обязательства, что они выступают в данном качестве как доверенные лица всего сообщества наций, а не как защитники своих национальных интересов.[20]

б.     Необходимо дать определение терроризма. Мы согласны с формулировкой Генерального секретаря ООН, который назвал терроризмом любое действие, «подразумевающее убийство или причинение серьёзных телесных повреждений гражданским лицам или не участвующим в боевых действиях военнослужащим с целью запугать население или принудить правительство или международные организации к неким действиям или бездействию». Такие проблемы, как терроризм, необходимо решать последовательно, в контексте всех прочих вопросов, дестабилизирующих общество.[21]

в.      Мы призываем Организацию Объединённых Наций предпринять шаги к увеличению участия женщин на всех уровнях принятия решений при разрешении конфликтов и в мирном процессе на местном, национальном и международном уровне, включая Управление по проведению миротворческих операций.[22]

16. Мы считаем, что успех глобального мирного процесса сейчас находится в руках государственных лидеров всего мира, поскольку их положение возлагает на них огромную ответственность. Их первостепенная задача — восстановить доверие граждан к себе, к своим правительствам и институтам международного порядка благодаря личной честности, искренности намерений и несокрушимой преданности высочайшим принципам справедливости и нуждам мира, жаждущего объединения. Великий мир, о котором так долго мечтали народы и нации всего мира, наконец-то превратился из несбыточной мечты в достижимую цель.

 


[1]Хотя Организация Объединённых Наций только сейчас формально признала взаимозависимость прав человека, развития и коллективной безопасности, такая целостная точка зрения красной нитью проходила через многие выступления гражданского общества в Организации Объединённых Нации, например, в глобальных конференциях ООН, включая Конференцию по окружающей среде и развитию (1992), Всемирную конференцию по правам человека (1993), Конференцию по населению и развитию (1994), Четвёртую конференцию по женщинам (1995), Всемирный саммит по социальному развитию (1995) и Конференцию ООН по человеческим поселениям (1996).

[2] Международное Сообщество Бахаи как международная неправительственная организация активно сотрудничала с ООН начиная с её учредительной конференции, прошедшей в 1945 г. По случаю 10-й годовщины ООН Международное Сообщество Бахаи направило её Генеральному Секретарю предложения касательно поправок к Уставу, опирающиеся на признание того, что «подлинная власть более не принадлежит институтам национальных государств, потому что нации стали взаимозависимы; что нынешний кризис имеет не только политическую, но и нравственную и духовную природу; и что этот кризис можно преодолеть только путём установления такого мирового порядка, который бы равно представлял все народы и нации человечества» (Международное Сообщество Бахаи, «Предложения по пересмотру Устава ООН, поданные Международным Сообществом Бахаи [1955 г.]», The Bahá’í World (бюллетень «Мир бахаи»), 1954 – 1963, Vail-Ballou Press, Inc., Binghamton, New York, 1970). В 1995 г. Международное Сообщество Бахаи выпустило заявление к 50-й годовщине Организации Объединённых Нации, где особо подчёркивались тенденции растущей взаимозависимости человечества и давались предложения по укреплению Генеральной Ассамблеи, развитию исполнительной функции, усилению роли всемирного суда, содействию экономическому и нравственному развитию, правам человека и продвижению женщин (Международное Сообщество Бахаи, «Исторический поворот для народов мира», Бюро Международного Сообщества Бахаи при Организации Объединённых Наций, Нью-Йорк, 1995.) На протяжении всей истории сотрудничества с ООН Международное Сообщество Бахаи делилось своим видением и опытом в заявлениях, посвящённых, среди прочего, таким вопросам, как продвижение женщин, права человека, экология, глобальное процветание и экономическое развитие.

[3] В 2000 г. в ответ на тревожные факты неспособности международного сообщества вмешаться,— или, скорее, эффективно предотвратить,— массовые кризисы, подобные имевшим место в Сомали, Боснии, Косово и Руанде, канадское правительство учредило комиссию для решения правовых, нравственных, военных и политических вопросов гуманитарного вмешательства. Созданная в результате Международная комиссия по вопросам вмешательства и государственного суверенитета опубликовала результаты своей работы и выделенные ею главные принципы в 2001 г. в отчёте под названием «Ответственность защищать». Проявившаяся вновь неспособность действенно вмешаться в кризис в Дарфуре, Судан, заставила ещё серьёзнее задуматься о выработке юридических стандартов и норм боевого вмешательства.

[4] Например, «Содействие межрелигиозному диалогу» (A /RES/59/23), «Содействие религиозному и культурному взаимопониманию, гармонии и сотрудничеству» (A /RES/59/142), «Глобальная повестка дня для диалога между цивилизациями» (A / RES/56/6), «Искоренение всех форм религиозной нетерпимости» (A/ RES /59/199), а также отчёт Генерального директора ЮНЕСКО (А/59/201) к 59-йсессии Генеральной Ассамблеи ООН «Содействие религиозному и культурному взаимопониманию, гармонии и сотрудничеству» ( A /RES/58/128).

[5]К ним относятся, в частности, религиозные учения и толкования, а также сами приверженцы религий, религиозные лидеры и институты.

[6]Хотя подробное перечисление этих моментов выходит за рамки данного заявления, можно упомянуть следующие примеры возрождения религии как предмета большой политической важности: разгул насилия под именем религии; распространение религиозного фундаментализма и его воздействие на политические режимы; растущие трения между религией и политическими принципами разных стран; проблемы разработки национальных и региональных управляющих структур, способных удовлетворить необходимость справедливого представительства разных религиозных групп; социальная, политическая и экономическая интеграция религиозных меньшинств; коллизии между религиозными и гражданскими законами; влияние религии на международные политические форумы, среди которых можно упомянуть Международную конференцию по населению и развитию в Каире в 1994 г. и Четвёртую Всемирную женскую конференцию в Пекине в 1995 г.); нарушение прав человека от имени религии, включая право на смену своего вероисповедания. Такие изменения происходят на фоне интенсификации усилий в области межконфессионального диалога и сотрудничества между религиозными лидерами и их общинами; впечатляющие глобальные сети вдохновляемых религиозными принципами благотворительных и гуманитарных организаций и движений, обращающих внимание на этические аспекты глобального экономического объединения; интеллектуальное и нравственное наследие религии и её достижения в формулировании моральных принципов (например, этики справедливой войны); способность религий воодушевлять индивидуумов и группы на самоотверженность, отказ от насилия и взаимное примирение.

[7] Почти полное отторжение религии в международных отношениях обязано нескольким факторам. Во-первых, общественные науки опираются на работы тех учёных, которые полагают, что религия уступит дорогу рациональным и научным способам мышления, и что эти методы сокрушат то, что они рассматривают как религиозное невежество и предрассудки, которым, по их мнению, нет места в современном мире. Во-вторых, «не только теория международных отношений (как и другие общественные науки) создавалась исходя из убеждения, что религия исчезает из мира как значимый фактор, но, очевидно, и сам современный контекст отношений между странами намеренно основывался на атеистических принципах. Современная концепция территориального государства, лежащая в основе современных международных отношений, была сформулирована в Вестфальском договоре 1648 г., который должен был положить конец Тридцатилетней войне между протестантскими и католическими государствами. В результате был создан формат отношений между странами, не включающий религию». (Джонатан Фокс и Шмюэль Сандлер (2005). «Вопрос религии в мировой политике», «Терроризм и политическое насилие», 17: 296-298).

[8] Шоги Эффенди, «Цель нового мирового порядка» [1931], «Миропорядок Бахауллы» (Wilmette, Ill.: Bahá’í Publishing Trust, 1991).

[9] Международное Сообщество Бахаи, «Свобода верить» (Бюро Международного Сообщества Бахаи при Организации Объединённых Наций, Нью-Йорк, 2005).

[10]По данным Всемирного банка, помимо того, что образованные женщины более продуктивны на рынке, они имеют менее многочисленные семьи, меньшее количество их детей умирает во младенчестве, а выжившие дети более здоровы и лучше воспитаны. Образованные женщины также более готовы влиться в ряды оплачиваемых работников, что критически важно для выживаемости многих возглавляемых женщинами семей в развивающихся странах. Страны с более высоким уровнем набора девочек в школы демонстрируют и более высокий уровень экономической продуктивности, меньшее количество детей в семьях, более низкую смертность младенцев и матерей и бóльшую продолжительность жизни. (Всемирный банк, «Выгоды женского образования» (1993)).

[11] Подробно этот вопрос обсуждается в: Международное Сообщество Бахаи, «Оценка роли духовности в общественном развитии: начальные соображения касательно создания духовно-ориентированных индикаторов роста», концептуальный документ, выпущенный к конференции «Диалог мировых религий о развитии», дворец Ламбет, Лондон (The Bahá’í Publishing Trust: Лондон, 1998).

[12] «Монтеррейский консенсус», A/CONF,198/11)

[13] В 80-х и 90-х годах XX века мир достиг существенных успехов в увеличении открытости политических систем и расширении гражданских свобод. Свыше восьмидесяти стран сделали заметные шаги к демократии, и сегодня 140 из почти 200 стран мира проводят многопартийные выборы — больше, чем когда бы то ни было раньше. Несмотря на эти положительные изменения в ситуации, «Международный опрос Гэллап Миллениум» (1999 г.) показал, что из 50 000 опрошенных в 60 странах менее трети чувствуют, что их государство управляется волей народа. Всего 1 из 10 респондентов сказал, что их правительство откликается на нужды народа.

[14] За последние пять лет Организация Объединённых Наций продемонстрировала многочисленные примеры новаторского подхода к управлению: В 2000 г. Экономический и социальный совет Организации Объединённых Наций учредил Постоянный форум по вопросам коренных народностей, призванный служить в качестве консультативного органа для ЭКОСОК по вопросам, относящимся к экономическому и социальному развитию, самобытности, экологии, образованию, здравоохранению и правам человека, что стало кульминацией десятилетней борьбы коренных народов за восстановление своих позиций в мировом сообществе; в июне 2005 г. Генеральная Ассамблея впервые провела интерактивные слушания совместно с представителями гражданского общества и частного сектора, в которых примерно 200 неправительственных организаций представили на рассмотрение странам-членам свои мнения относительно реформирования ООН в преддверии всемирного саммита ООН 2005 г.; также в июне 2005 г. трёхсторонняя организационная группа, составленная из представителей группы наиболее активных государств-членов (Аргентина, Бангладеш, Эквадор, Гамбия, Германия, Индонезия, Иран, Казахстан, Малайзия, Марокко, Пакистан, Филиппины, Сенегал, Испания, Таиланд и Тунис), гражданского общества, Образовательной, социальной и культурной организации ООН и Департамента экономических и социальных дел организовали конференцию под названием «Межконфессиональное сотрудничество во имя мира», который ставил своей целью сделать вклад в работу всемирного саммита 2005 г. касательно стратегий развития в этой области. Это был первый случай в истории, когда в конференции, инициированной государствами-членами, участвовали в качестве соорганизаторов и лидеров не только сами государства-члены, но и гражданское общество и агентства ООН. Принимая во внимание непростой характер поднятых вопросов, выбранный организационный подход создал полезный прецедент для аналогичных усилий в будущем. Также можно упомянуть о том, что в 2002 г. Международному парламентскому союзу был предоставлен статус постоянного наблюдателя при Генеральной Ассамблее ООН, что открыло путь для новых форм сотрудничества.

[15] Совет выдающихся людей по вопросам контактов ООН с гражданским обществом. «Мы, народы»: гражданское общество, ООН и глобальное управление. (Организация Объединённых Наций: Нью-Йорк, 2004).

[16]Для того, чтобы система была успешной, необходимы сплочённость, сила, гибкость и поддержка общественного мнения: единство мышления и цели среди постоянных членов; сила, подразумевающая использование адекватного принуждения для обеспечения эффективности системы; гибкость, позволяющая системе удовлетворять законные нужды пострадавших участников; а также общечеловеческое общественное мнение,— учитывающее взгляды как мужчин, так и женщин,— для обеспечения коллективных действий.

[17] Резолюция Совета Безопасности 1325 [S/RES/1325 (2000)].

[18]Обычно войны и конфликты ударяют почти одинаково и по военным, и по гражданским лицам, и по взрослым, и по детям. Однако женщины и девочки страдают во время вооружённых конфликты куда больше, чем мужчины и мальчики. Например, сексуальное насилие, совершаемое солдатами,— как правительственными, так и принадлежащими к другим формированиям, включая миротворцев,— увеличивают заболеваемость ВИЧ/СПИД и другими венерическими болезнями. Большинство жертв ВИЧ/СПИД в развивающихся странах — женщины и девочки. Эти заболевания оставляют после себя миллионы сирот, о которых, в большинстве случаев, заботятся старшие женщины.

[19] Хотя право вето часто служило важной мерой защиты от диктата большинства, оно также затрудняло принятие эффективных мер против тех стран, которые представляют угрозу своим соседям. Временной мерой мог бы стать отказ от использования права вето при голосовании по вопросам геноцида или других вопиющих угроз международному миру и безопасности.

[20]Устав Организации Объединённых Наций утверждает: «Для обеспечения быстрых и эффективных действий Организации Объединённых Наций её Члены возлагают на Совет Безопасности главную ответственность за поддержание международного мира и безопасности и соглашаются в том, что при исполнении его обязанностей, вытекающих из этой ответственности, Совет Безопасности действует от их имени» (Статья 24).

[21] Такие мешающие и дестабилизирующие факторы включают, среди прочего: неспособность правительств найти осмысленное место для религиозных и этнических меньшинств; расширение доступа к оружию; дестабилизация и крах правительств; а также общее ощущение социального, политического, экономического и культурного кризиса. Всё это создаёт условия, благоприятствующие закреплению и расцвету идеологий насильственного радикализма.

[22]Это требует внедрения стратегического плана мероприятий Генерального секретаря (А/49/587), который призывает к увеличению участия женщин в процессе принятия решений относительно разрешения конфликтов и мирного процесса. Государства-члены должны проследить за выполнением ими обязательств по международному праву, включая Резолюцию Совета Безопасности ООН № 1325 (2000 г.).

 

 

Октябрь 2005

BIC Document #05-1002

 

Этот документ в формате MS Word  /  PDF

Текст на английском

 

Использованы материалы официального интернет-сайта общины последователей Веры Бахаи в России www.bahai.ru - официальный веб-сайт общины последователей Веры Бахаи в России (скачано: август 2008)

Доклад Международного Сообщества Бахаи в Комиссии по Социальному Развитию по обзору объявленного Организацией Объединенных Наций Первого Десятилетия по искоренению бедности

1 января 2006

Любое определение бедности и курса по ее искоренению формируется на основе превалирующего представления о природе и цели процесса развития. Объединенные усилия Организации Объединенных Наций и гражданского общества значительным образом расширили понимание бедности и развития, признание взаимосвязи между развитием, человеческими правами и безопасности общества, усилившееся понимание взаимодействия между рынком и законодательным, социальным культурным и физическим пространством, в котором он функционирует, признание благосостояния человечества целью процесса развития, усилия привнести больше равенства в системы всемирной торговли и финансов, и упор на человеческую солидарность как основу для устойчивого развития – все это создало всеобщее ускорение в стремлении найти надежные решения проблемы бедности.

Однако, несмотря на эти достижения, материалистические принципы, которые лежат в основе и вдохновляют усилия по искоренению бедности остаются не подвергнутыми серьезной оценке: считается общепринятым, что увеличение материальных ресурсов устранит это условие из жизни человека. Цели Развития Тысячелетия, хотя и эффективны как катализаторы усилий по ослаблению бедности, также определили развитие в основном как улучшение материального состояния. Хотя самым хроническими болезнями, препятствующими мирному развитию народов и наций являются - маргинализация девочек и женщин, неработающие государства, недостаток политической свободы, распространение СПИД, увеличение оружия, жестокие конфликты, межэтническая и межрасовая напряженность, религиозная нетерпимость и экстремизм, беззаконие и растущая безработица – все это невозможно ослабить при помощи только материальных средств. Эти социальные недуги являются другим типом бедности – той, что коренится в ценностях и позициях, которые формируют отношения между индивидуумами, сообществами и нациями, а также между правителями и гражданами.

Международное Сообщество Бахаи рассматривает цель развития как способствование созданию основы для нового социального и международного порядка, способного создать и поддержать условия в которых человеческие существа могут развиваться этически, культурно и интеллектуально. Эта цель коренится в понимании, что трансформация общества включает глубокие перемены в индивидуумах так же, как и продуманное и систематичное создание новых социальных структур. С этой точки зрения бедность может быть определена как отсутствие ресурсов - физических, социальных и этических – необходимых для установления условий, которые развивают нравственные, материальные и творческие способности отдельных людей, сообществ и институтов. На основании этого определения и веры во врожденную добродетельность и доминирующую духовную природу каждого человеческого существа, мы предлагаем следующие рекомендации Организации Объединенных Наций по случаю обзора ею Десятилетия ООН посвященного Устранению Бедности.

Преодоление ограничений узкого мировоззрения. Устранение бедностипотребует фундаментального сдвига в системе воззрений со сторонынаций и отдельных людей. Наши узкие системы взглядов – определенные этническим или религиозным сообществом, своей нацией, «Севером» и «Югом», «развитым» и «развивающимся» или региональными союзами – должны постепенно уступить путь для нарождающегося чувства глобальнойсолидарности и ответственности. При содействии мер по интеграции человеческих прав в области развития и безопасности, инициатив по созданию более справедливых систем торговли и финансов, меняющихся концепций суверенитета, растущей базы международных законов, и драматического роста в сфере транспортных и коммуникационных технологий, этот сдвиг уже давно наметился. Сейчас мы должны стремиться увеличить наше понимание ответственности и гражданства до тех пор, пока мы не сможем принять борьбу и прогресс других народов и наций так же как наш собственный. Такой сдвиг в системе ценностей представляет собой практический отклик на осознание того, что мир и процветание неразделимы, и что никакое продолжительное преимущество не может быть достигнуто одной нацией или сообществом, если игнорировать и пренебрегать благосостоянием всех народов.

Усилить способность совещаться и принимать решения на местном уровне. Часто целевое в проектах по устранению бедности на местное население взирают как на массу истощенных людей, одолеваемых своими обстоятельствами и нуждами, а не как на активных и способных пособников перемен в своих общинах. Вызов, стоящий перед проектами по развитию состоит в том, чтобы найти методы, которые позволят индивидуумам и местным сообществам решать свои собственные проблемы; способность сообщества брать на себя более сложные социальные вопросы является ключевым показателем прогресса. Один из ключевых навыков, связанный с этим это коллективное принятие решений – сводить воедино разнообразные взгляды, в поиске лучшего решения, и вызывать появление готовности и единства для воплощения решения в жизнь.

Воплотить гендерное бюджетирование. Многиеисследования подтверждают, что бедность женского населения неможетрассматриваться так же как бедность мужчин, принимая во внимание, что социальная и культурная роль женщин и их отношения с системами власти отличаются. [4] Эти отличия, однако, редко отражаются в официальной статистике и, как следствие, не влияют на источники распределения ресурсов на местном, национальном и региональном уровнях. [5] Чтобы правительства смогли выполнить свои обязательства в отношениигендерного равенства, общественные расходы должны включать гендерный анализ – включающий женщин в процесс принятия решений по бюджету – производя и оценивая влияния финансовых мер на статус женщин в обществе.

По мере того, как женщины занимают примерно 15 % избирательных мест в парламентах по всему миру, власть законотворчества и проведения реформ на национальном и глобальном уровнях возложена на мужчин. Это в равной степени является также обязанностью женщин продвигать безусловную ратификацию странами – членами Конвенции по искоренению всех форм дискриминации женщин и задействовать механизм контроля в случае, если обязательства не выполняются. Расширение возможностей для женщин и выявление новых форм партнерства между мужчинами и женщинами обладают потенциалом коренным образом изменить каждый институт общества – от семьи до правительства, чтобы сделать возможным прогресс и процветание.

Создание сельских центров по обучению технологиям и проведению исследований. В то время как применение новых технологий является важной составляющей развития, слишком часто под видом «модернизации» применимые технологии были враждебными к той культуре и среде, где они были представлены. Наряду с целями Тысячелетия в области развития, которые призывают к всеобщему доступу к информации и коммуникационным технологиям, также важно создавать местные институты, такие как, сельские центры по обучению технологиям и для исследований, при этом конструктивно соединяя современные научные методы с практикой коренных жителей, и таким образом, напрямую вовлекая местное население в создание и применение новых идей. Истинное развитие состоит в создании способностей на местном уровне для участия в создании технологий на благо общества.

Расширение индикаторов развития для оценки этических и моральных способностей. Меры и индикаторы для оценки бедности и человеческого развития, такие как Валовой Национальный Продукт и Индекс развития человеческого потенциала, в большой степени определяют, что является более ценным, и таким образом формируют политику развития и приоритеты. Прогресс сообществ и наций требует не только материальных вкладов и правовых мер, чтобы обезопасить порядок, но также развития моральных способностей управления поведением и принятием решений индивидуумами и институтами.

В попытке продвинуть методы оценки развития с моральной точки на уровне местного сообщества зрения Международное Сообщество Бахаи предложило следующий набор принципов в качестве базы для разработки индикаторов развития, основанных на этике: единство в разнообразии (степень, в какой члены местного сообщества участвуют в его жизни); равенство и справедливость (чтобы обеспечить равное распределение материалов и социальных ресурсов); равенство полов; надежность; и свобода мысли, совести и верования. [6] Эти принципы могут быть применены в области экономического развития, образования, ответственной охраны природных ресурсов, и управления, например для того, чтобы разработать цели и создать новые индикаторы для измерения прогресса на пути к этим целям.

Устранение пропасти между богатством и бедностью. Крайняя бедность связана с крайним богатством. Принимая во внимание взаимосвязь глобальной экономической системы, одна крайность не может быть устранена, в то время как другой будет позволено существовать. В этом отношении , усилия по искоренению бедности должны включать серьезную переоценку глобальных систем и процессов, включая управление, торговлю, и частные трансакции, которые сохраняют растущую пропасть между богатством и бедностью. Большая корпоративная подотчетность не должна ограничиваться областью окружающей среды и трудовыми нормативами, но также должны включать контроль за соблюдением всех человеческих прав. Законность и социальные преимущества владения каждым членом общества материальными ресурсами должны зависеть от средств, которыми они были заработаны и от цели, на которую они расходуются.

В то время как Цели Развития Тысячелетия сосредоточили всю повестку развития на следующих 10-ти годах, Организация Объединенных Наций не должна ограничивать себя вниманием только к этому короткому промежутку времени, так это принуждает ее, главным образом, к реактивной позиции. Наряду с краткосрочными целями, ООН вместе с научным сообществом и гражданским обществом должно рассмотреть долгосрочные сценарии и желаемые результаты. Такая ориентация позволит ей исследовать более широкий круг стратегий и программных возможностей и культивировать разнообразие интеллектуальных подходов, обогащая, таким образом, процесс визуализации. Давайте не будем удовлетворяться минимальными стандартами, узкими материальными целями, и компромиссными позициями, но скорее предложим видение процветания, которое воодушевит массы человечества, чтобы трудиться вместе ради его осуществления в сознательном порыве глобальной солидарности.

Примечания

1. Jeffrey Sachs, "Clinical Economics," The End of Poverty: Economic Possibilities for Our Time (New York: The Penguin Press, 2005).

2. While the Millennium Development Goals set out to promote gender equality, education, social inclusion and environmental sustainability, they focus primarily on people's material needs, including income poverty, hunger, disease, and provision of shelter.

3. This is consistent with Article 28 of the Universal Declaration of Human Rights, which states that, "Everyone is entitled to a social and international order in which the rights and freedoms set forth in this Declaration can be fully realized."

4. Social Watch Report 2005 ? Roars and Whispers: Gender and Poverty, Promises vs. Action. http://www.socialwatch.org/en/informeImpreso/informe2005.htm

5. Karen Judd, ed., Gender Budget Initiatives: Strategies, Concepts, and Experiences (New York: The United Nations Development Fund for Women, 2002).

6. Baha'i International Community, Valuing Spirituality in Development: Initial Considerations Regarding the Creation of Spiritually Based Indicators for Development, a concept paper written for the World Faiths Development Dialogue, Lambeth Palace, London (London: The Bahá'í­ Publishing Trust, 1998).

 

 

Текст на английском Документ МСБ № 06-0101

Также смотрите документ Международного Сообщества Бахаи: Искоренение нищеты



Новости бахаи

Бахаи Папуа-Новая Гвинея выпустили заявление в связи с ростом гендерного насилия

10 июля 2020 г.

ПОРТ-МОРСБИ, Папуа-Новая Гвинея — После недавней серии трагических событий в Папуа-Новой Гвинее усилились общественные призывы к прекращению насилия в отношении женщин. Национальное Духовное Собрание бахаи выпустило заявление о равенстве женщин и мужчин, в котором говорится о глобальной проблеме, усилившейся во время пандемии.

Это заявление, опубликованное в центральной газете и в социальных сетях, стало основой для конструктивных дискуссий как в столице, Порт-Морсби, так и в других регионах страны.

Подробнее...