Home

Коллекции

База знаний

МСБ

СНМБ

BahaiArc

Вера Бахаи

Блог

Храмы бахаи

 

 

Рухи Арбаб

Рухи Арбаб

1914 – 1975

Рухи Арбаб родился в довольно известной семье в Ашхабаде — городе, куда его предки эмигрировали из Ирана. Он был способным ребенком, обладающим отличной памятью. Он учился в начальной школе в Ашхабаде, потом продолжил обучение в государственной средней школе. Он получил глубокие знания о Вере от известных ученых бахаи, в том числе от Мухаммада-Али Кайени, Сейда Михди Гульпайгани и Али Акбара Фурутана. Ему нравилась литература и его побуждали писать статьи и истории о Вере.

Рухи был среди тех молодых людей, которых исключили из Ленинградского университета и выслали в Персию из-за их связи с Верой. Молодой человек сообщил подробности происшедшего с ними Шоги Эффенди, от которого им пришел исполненный любви ответ, увещевающий их не печалиться и не горевать из-за случившегося, и утверждающий, что если на то будет Божья воля, их изгнание может обернуться изобильными подтверждениями свыше.

Отец Рухи, Насрулла, ничем не мог помочь своему сыну, чтобы покрыть его расходы на дорогу. Единственное, что он передал ему — это сохранившиеся у него золотые часы. Их он подарил своему семнадцатилетнему сыну в качестве прощального подарка при отправлении в Персию. Мать смогла к этому только добавить шарф и поцелуи.

Некоторое время Рухи жил в Мешхеде. Затем, чтобы отправиться в Тегеран, он продал свои часы. Вскоре к разным трудностям добавилось и горе, принесенное известием об аресте отца в Ашхабаде, а потом и его смерти. Его брата отправляют в ссылку, где тот пропадает без вести. А его мать и семью его брата высылают в Иран. Когда о смерти его отца узнал Хранитель, который своей добротой поддерживал Рухи на протяжении этих тяжелых времен, в письме через секретаря написал ему, что чтобы не выпадало на долю верной семьи Арбаб, она оставалась на пути служения Возлюбленному.

Рухи получил работу в редакции газеты, а позднее работал в министерстве финансов. Свои молодые годы в Тегеране он посвятил служению Делу. В 1941 году он женился.

Прилагая много усилий для обучения своих детей, Рухи со своей женой Фурух решили, что она сократит свою деятельность в общине бахаи, а он, пропорционально, увеличит. Соответственно, он стал работать по профессии только половину дня, остальное время посвящая деятельности бахаи. Чтобы глубже изучить Веру, он три года занимался у таких выдающихся учителей как Фазеле Мазендерани и Джинаб-и-Сулеймани. Он также некоторое время изучал Ислам, так как считал, что это поможет ему лучше обучать Делу. Затем он расширил поле своего служения, занимаясь подготовкой учителей и проводя занятия по формированию характера для молодежи и детей бахаи. После неудавшейся попытки служить в качестве домашнего пионера в 1943 году Рухи возвращается в Тегеран и начинает существенно много делать для обучения молодежи бахаи и побуждении их на служение Вере.

В 1955 году его избирают в Местное Духовное Собрание, где он служит секретарем до начала беспорядков в том году, когда те привели к разрушению купола Национального Хазратуль-Кудс и введению ограничений на всю административную деятельность бахаи.

Во время смуты Рухи был подобен нерушимой скале, друзья обращались к нему домой за советом и помощью. Выполнение, возлагаемых на него во все возрастающем количестве обязанностей, и в таких условиях, подорвало его здоровье. После короткого пребывания в США, Рухи возвращается в Тегеран, и его опять избирают секретарем в Местное Духовное Собрание. Позже он служит членом Национального Духовного Собрания Ирана, а также в различных комитетах. В 1968 году его избирают секретарем Национального Собрания, и он на этом посту служит до самой своей смерти.

Когда он стал отцом двоих детей, он решил изучить юриспруденцию. В 1950 году он получил диплом юриста, а затем изучал русский язык в университете. Он работал в Министерстве сельского хозяйства и Ветеринарном колледже. Затем его перевели в секретариат университета, а оттуда — в Министерство водного хозяйства и энергетики. Его заслуги обращали на него внимание властей, главным образом благодаря его честности и прямоте, которые характеризовали всю его работу. Когда его уволили из одного национального колледжа Тегерана, потому что он был бахаи, он посвятил свое время переводу книг на персидский язык; здесь он добился такого же успеха, что и в сфере бахаи. Он также издал книгу для детей, содержащую истории из разных источников из разных стран, переведенных на персидский язык. Он перевел для молодежи биографии некоторых великих людей мира. Ряд его переводов был использован педагогами. Для общины бахаи Персии много значил его пятитомник для детей бахаи под названием «Истории о Вере».

К завершению Национального Съезда в Ризван 1975 года было похоже, что работа Рухи Арбаба на земле подходит к концу. Его тело больше не могло переносить напряжение, которое он испытывал на протяжении многих лет. Его доставили в больницу, где он скончался 5 мая. Хотя его уход было трагичным, это выглядело подобающей кульминацией для жизни, посвященной служению Делу Бога, без мысли о себе, отдыхе или комфорте.

 

Переведено с небольшими сокращениями из The Baha’i World, № 16 (1973-1976) — 1978 — С. 547-549

В Колумбии существуют школа и колледж, названные в честь Рухи Арбаба.

Также можете прочитать биографию Фарзама Арбаба. Об Институте Рухи смотрите на отдельной странице нашего сайта.

Бригитте Лундбладе

21 января 1923 - 17 мая 2008 г.г.

Brigitte Lundblade

Бригитте Лундбладе (в девичестве Хасселблат) была Рыцарем Бахауллы для Шетландских островов и пионером в нескольких странах, включая Эстонию.

Бригитте Хасселблат родилась в Таллинне, Эстония, в семье этнических немцев. В течение многих поколений мужчины из этой семьи становились священниками лютеранской церкви. Все из ее четырех братьев стали пасторами. Вместе со своей семьей Бригитте была эвакуирована из Эстонии во время Второй мировой войны, и после короткого периода в Германии она оказалась в Англии, где стала бахаи на летней школе в 1950 году. По словам Бригитте: «Во время их беседы, мне казалось, что луч света поразил мое сердце и сорвал завесу. Мне только хотелось, чтобы они дали мне слово прямо сейчас. Я подумала: “Я должна стать бахаи! Я должна стать бахаи! Я искала это всю свою жизнь, и я хочу рассказать об этом всем!”»

В 1953 году Бригитте поселилась на Шетландских островах, территории, назначенной Шоги Эффенди в качестве одной из целей Десятилетнего крестового похода, и стала Рыцарем Бахауллы. В течение следующих нескольких лет в Леруике, столице, образовалась небольшая община бахаи. В то время Бригитте работала акушеркой, и некоторые из детей, которых она принимала, позже приняли Веру.

В 1956 году Бригитте отправилась в паломничество и познакомилась с Шоги Эффенди, который побудил ее привести Веру в свою родную Эстонию. Поскольку в то время невозможно было приехать в Советский Союз, Бригит выбрала пост пионера в Финляндии, чтобы быть как можно ближе к Эстонии.

В Финляндии Бригитте вышла замуж за Милтона Лундбладе, американского бахаи шведского происхождения. В 1961 году они снова стали пионерами, на этот раз в Дании, но поскольку Мильтон не смог там найти работу, им вскоре пришлось переехать в Соединенные Штаты. В течение следующих нескольких лет Бригитте работала школьной медсестрой в Калифорнии. У Бригитте и Милтона было двое детей.

После того, как ее дети выросли, а муж умер, Бригитте вернулась в Финляндию в 1984 году в качестве пионера, все еще ожидая возможности вернуться в Эстонию в соответствии с пожеланиями Хранителя. Ее шанс, наконец, пришел в 1988 году.

Хотя горстка людей в Эстонии, в основном эсперантистов, стала бахаи еще до приезда Бригитте, ее квартира в Таллинне быстро стала центром деятельности бахаи в стране. В течение многих лет она организовывала еженедельные встречи для друзей, а затем детские классы и учебные кружки. Благодаря беглости ее эстонского языка, Бригитте смогла свободно общаться с местными жителями и сыграла важную роль в публикации литературы бахаи на этом языке. Часто называемая «Матерью эстонской общины бахаи», Бригитте также широко пользовалась уважением в межрелигиозных и правительственных кругах. Ее личные качества помогли завоевать официальное признание для национальной общины.

Бригитте была избрана в Национальное Духовное Собрание Прибалтийских государств в 1993 году и оставалась членом Национального Духовного Собрания Эстонии после того, как оно было сформировано как отдельный орган в 1999 году. По совету Всемирного Дома Справедливости она ушла в отставку в 2006 году после многих лет служения.

Бригитте посвятила свои последние годы написанию мемуаров с помощью подруги Сюзанны Пфафф-Гроссман. The Life of a Pioneer («Жизнь пионера») была первоначально опубликована на немецком языке и затем переведена на английский язык самой Бригитте.

Бригитте скончалась в мае 2008 года и похоронена в родном Таллине.

Сайт, посвященный памяти Бригитте Лундбладе: http://www.brigittelundblade.com (на английском языке)

Бади ХорасаниБади Хорасани Ага Бузург (около 1852 – 1869), получивший от Бахауллы титул Бади (чудный, новый), доставил послание Бахауллы Насир ад-Дин шаху и был убит по приказу шаха в 1869 году.

Ага Бузург был сыном Хаджи Абдул-Маджид Нишапури, баби, который пережил осаду форта Шейха Табаси. С раннего возраста Бади не выказывал какого-либо интереса к религии своего отца и даже проявлял некоторый антагонизм, так, что другие баби Нишапура были обеспокоены тем, что Ага Бузург может донести на их.

Набиль-Азам во время посещения Нишапура смог однажды завязать с Бади разговор и увлечь его в новую религию. Бади стал таким горячим последователем, что убедил отца разрешить ему присоединиться к Шейху Ахмаду Фани, собиравшемуся посетить Бахауллу в Эдирне.

Шейх Ахмад остановился на некоторое время в Йезде, и Бади, желая поскорее продолжать путь, пешком отправился в Багдад. Вскоре после того, как Бади достиг Багдада, там примерно в апреле-мае 1868 года мученически погибает Ага Абдур-Расул Куми, который был водоносом для дома Бахауллы в Багдаде. Поскольку не было никого, кто бы смог выполнять эту задачу, Бади остался там на какое-то время и носил воду из реки Тигр в дом Бахауллы и бахаи Багдада. Это было опасным занятием, так как неприятели бахаи постоянно насмехались над ним, несколько раз на него нападали, и он был ранен. Когда община бахаи Багдада была сослана в Мосул в августе 1868 года, Бади также отправился туда и продолжал работать водоносом.

Услышав о том, что Бахауллу переводят в Акку, в конце концов, Бади отправился туда. В 1869 году он добрался до стен Акки. Поскольку он носил скромную одежду, подобающую водоносу, он смог проскользнуть мимо городской охраны, которая рьяно отсеивала паломников бахаи.

Бади бродил по Акке пока, наконец, не встретил заключенных бахаи, когда те пришли в мечеть для молитв. Он смог проникнуть внутрь цитадели и дважды беседовал с Бахауллой.

Послание Насир ад-Дин шаху было написано несколькими годами ранее в Эдирне, и теперь Бахаулла поручил Бади лично передать его шаху. Бахаулла позаботился о том, чтобы послание было передано Бади в Хайфе, и тот немедленно отправился в Иран.

По прибытии в Тегеран Бади разыскал летний лагерь шаха и доставил ему послание Бахауллы. Бади был арестован и подвергнут пыткам, с тем, чтобы раскрыть имена его спутников, но он утверждал, и это было правдой, что у него не было товарищей, и он просто следовал указаниям Бахауллы. В конце концов, он был убит в июле 1869 года. Его героизм перед лицом пыток был описан Махаммадом-Вали Сипахдар-и-Азамом, который слышал это от Kaзим Хана, палача.

 

Mуджан Moмeн

Мирза Мухаммад-Али происходил из известного исфаханского рода, одаренного и материально, и духовно. Несколько лет он с братом Мирзой Хади в Кербеле, где они вступили в секту шейхи и, желая духовного просвещения, внимали речам сейида Казима-и Рaшти. Тогда же в Кербеле братья впервые увидели Баба. Он привлек их внимание, когда молился у гробницы Имама Хусейна. Братья почувствовали в этом человеке незаурядные силы. Они узнали, как высоко и с каким почтением отзывался о Нем сейид Казим. Не удивительно, что когда до них долетела весть о юноше из Шираза, объявившем себя Бабом, они тотчас же поняли, о ком идет речь.

Повинуясь наказу Баба, Мирза Мухаммад-Али с братом последовали в Исфахан. По дороге они встретили Муллу Хусейна, который подробно рассказал им о Деле. Рвение и пыл Муллы Хусейна, его твердость веры и жаркая любовь к Бабу вдохновила братьев и помогла им признать истину новоявленной Божьей Веры. Они достигли присутствия Баба в Ширазе, когда Тот находился под домашним арестом по приказу губернатора провинции. Эта встреча вселила в них дух преданности и несомненности. Отныне братья заняли место в ряду первых учеников Баба.

Из Шираза путь Мирзы Хади лежал в Кербелу, а Мирза Мухаммад-Али повернул в Исфахан. Прибыв туда, он узнал, что в Кербеле умерла его жена. Он женился вновь и проживал в Исфахане, когда Баб завернул туда по пути в столицу. До этого у Мирзы Мухаммад-Али не было детей. За пять лет супружества первая жена не родила ребенка. Вторая жена оставалась также бездетной до тех пор, пока не произошло событие исключительной важности.

Набиль-Азам так рассказывает об этом радостном событии:

Перед тем как Баб переселился в дом му’тамида, Его пригласил к себе в гости на одну ночь мирза Ибрахим, отец Султана аш-Шухады и старший брат мирзы Мухаммада-‘Али-йи Нахри, о котором мы уже упоминали. Мирза Ибрахим был другом имама-джум‘а, близко общался с ним и управлял всеми его делами.
В этот вечер в честь Баба был устроен невероятно величественный банкет. Многие вспоминали потом, что ни чиновники, ни аристократия города никогда не устраивали пир настолько роскошный и блистательный. Султан аш-Шухада и его брат, Махбуб аш-Шухада, одному из которых было тогда девять, а другому одиннадцать лет, прислуживали гостям на банкете и удостоились особого внимания со стороны Баба. В этот вечер, во время ужина, мирза Ибрахим обратился к своему Гостю и сказал: «У моего брата, мирзы Мухаммада-‘Али, нет детей. Я прошу Вас помолиться за него и исполнить его сердечное желание». Баб взял часть поданной ему пищи, Своей рукой положил ее на тарелку и передал хозяину, сказав, чтобы он отнес ее мирзе Мухаммаду-‘Али и его жене. «Пусть они оба вкусят сего, — сказал Он. — Их желание исполнится». Благодаря этой порции еды, которую Баб соблаговолил даровать жене мирзы Мухаммада-‘Али, она зачала и в должный срок родила девочку, впоследствии вступившую в брак с Величайшей Ветвью (Абдул-Баха); в этом союзе воплотились самые заветные желания ее родителей. (А’зам Набиль-и Вестники Рассвета. – М.: Единение, 2005. – Т. I. Стр. 188-189.)

Новорожденную родители назвали Фатимой. Позднее Бахаулла дал ей имя Мунира (Блистательная, Просветленная). Она родилась примерно в то время, когда отец и дядя Мирза Хади уехали на сбор в Бедеште. Интересно отметить, что на той встрече братья оказались среди тех, кого страшно возмутила Тахира, снявшая чадру. Покинув собрание, они обосновались на руинах старой крепости. Бахаулла послал за ними, умерил их чувства и заметил, что вовсе не обязательно оставлять товарищей. После сбора, на верующих напали в селе Нияла. От полученных ран Мирза Хади скончался по дороге домой. Мирза Мухаммад-Али вернулся в Исфахан. Благодаря своей убежденности, он стал ведущим представителем Веры в городе. Главным образом с его помощью и при его руководстве те двое племянников, о которых упоминал Набиль, прозванные Царем Мучеников и Возлюбленным из Мучеников, утвердились в Деле. Они стали самыми блистательными мучениками Веры.

Когда Бахаулла находился в Багдаде, Мирза Мухаммад-Али привез туда своих юных племянников, где они достигли Его присутствия. Они увидели славу Господа, сокрытую за множеством завес; их души были очарованы Его любовью и переродились. Они поистине отрешились от этого мира, восторженными и твердыми духом вернулись домой.

Спустя несколько лет Мирза Мухаммад-Али отправился в Адрианополь. И вновь он удостоился чести посетить своего Повелителя и утолить сердечное желание. Однако ему не довелось увидеть, какой почет был оказан его дочери Мунире Ханум, ставшей супругой Абдул-Баха.

 

Текст по Stories of Bahá’u’lláh and Some Notable Believers by Kiser Barnes, стр. 363-366

1884 – 1955

Valiyullah Varqa Доверенным по Хукукулла

Джинаб-и Валиулла Варга, сын мученика Варга, четвертый Доверенным по Хукукулла, назначенным на этот пост Хранителем. Он родился в Тебризе и после мученической кончины его отца и брата воспитывался в семье своей бабушки, ревностной и фанатичной мусульманки, отличавшейся властным характером. Она делала все возможное, чтобы посеять в юном сердце семена враждебного отношения к Вере. Когда Джинабу-и Варга исполнилось шестнадцать лет, его дяде, прозванному Ахуш-Шахид (Брат Мученика), удалось вызволить его из удушающей атмосферы бабушкиного дома, где правили фанатизм и предрассудки, и поселить у себя в городе Миандоаб. Дядя познакомил племянника с Учением Бахаи, и перед Джинабом-и Варга открылся совершенно новый мир. Он возгорелся такой любовью к Вере, что, не раздумывая, решил вместе с одним из своих товарищей тут же отправиться на паломничество в Святую Землю. Однако Местное Духовное Собрание не одобрило этого решения и послало его учиться в Тегеран, где он должен был воссоединиться со своим старшим братом Джинабом-и Азизулла Варга.

Когда он закончил учебу в Тегеране, исполнилось его сокровенное желание – он совершил паломничество; позднее он стал студентом Американского университета в Бейруте, а во время летних каникул углублял свои знания о Вере под руководством Абдул-Баха. В эти же годы он, по настоянию Учителя, предпринял поездку в Иран; позже, в качестве переводчика, он сопровождал Абдул-Баха во время Его исторического путешествия в Европу и Америку. По завершении путешествия он вернулся в Иран, где внес неоценимый вклад в дело развития Веры, служа сначала в Местном Духовном Собрании Тегерана и различных административных структурах бахаи, а впоследствии – в Национальном Духовном Собрании. Затем последовали семнадцать лет преданного и самоотверженного служения на посту Доверенного по Хукукулла, в течение которых закон Хукукулла распространился по всему Ирану и большинство верующих стало выполнять эту обязанность, причем многие вносили в фонд Хукукулла крупные денежные суммы и передавали значительную часть своей собственности. Решив полностью отдаться этому святому делу, Джинаб-и Варга оставил свою профессиональную деятельность. В 1951 году Джинаб-и Валиулла Варга был включен в состав первой группы выдающихся представителей Веры, возведенных Шоги Эффенди в ранг Десниц Дела Божьего. Это назначение открыло перед ним новые возможности. Он часто выступал перед друзьями, окрыляя их сердца новостями об очередных победах, достигнутых в распространении Учения, особенно в период Десятилетнего Похода, начатого в Ризван 1953 года.

Кульминацией его незабываемого служения стала встреча с возлюбленным Хранителем, что всегда было его заветной мечтой. После паломничества он возвратился в Иран. Спустя некоторое время обострилась его старая болезнь, и Джинаб-и Варга был вынужден поехать в Тюбинген, в Германию, для лечения и операции. К сожалению, лечение не было успешным, и в ноябре 1955 года его благородная жизнь оборвалась.

В телеграмме Шоги Эффенди по случаю кончины Валиуллы Варга были следующие слова: «Его мантия Доверенного по Хукукулла теперь ложится на плечи его сына» – Али Мохаммада, «назначаемого Доверенным по Хукукулла и возводимого в ранг Десницы Дела Божьего».

Доверенными по Хукукулла были:

Джинаб-и Шах Мохаммад из Маншада (Аминуль-Байан) (Доверенный Байана), Джинаб-и Хаджи Абуль-Хасан (Амин) (Доверенный), Джинаб-и Гулам Реза (Амин-и Амин) (Доверенный Доверенного), Джинаб-и Валиулла Варга, и Джинаб-и Али Мохаммад Варга.