Home

Коллекции

База знаний

МСБ

СНМБ

BahaiArc

Вера Бахаи

Блог

Home

Чарльз Мейсон Рими

1874-1974

Charles Mason Remey \ Чарльз Мейсон Рими, Десница Дела БожьегоДесница Дела Божьего (1951-1960) и впоследствии нарушитель Завета.

Чарльз Мейсон Рими родился 15 мая 1874 года в Берлингтоне, штат Айова, в семье Джорджа Кольера Рими и Мэри Джозефин (Мейсон) Рими. Он происходил из выдающейся семьи, что было очень важно для Рими. Его предки гугеноты прибыли в Вирджинию из Франции в 1654 году. Дед Рими, Чарльз Мейсон, был председателем Верховного суда Айовы; дядя Рими был губернатором Айовы, а затем сенатором Соединенных Штатов; отец Рими был контр-адмиралом во флоте США, и в его честь был назван военно-морской эсминец Второй мировой войны (U. S. S. Remey). Чарльз Мейсон Рими был старшим из шести детей. Первые годы своей жизни проведший в основном в Вашингтоне, округ Колумбия, Рими учился в Корнелльском университете в 1893-96 годах, но не получил степень в 1897 году, как планировалось (однако он получил почетную степень бакалавра пятьдесят лет спустя). Вместо этого Рими отправился в Париж, где он занимался изучением архитектуры в Сорбонне с 1896 по 1903 год.

Чтение учебника по сравнительному религиоведению, курс буддизма в Корнелле и космополитическая атмосфера Парижа расширили религиозные интересы Рими за пределы епископализма из его детства и сделали восприимчивым к другим религиям. Среди студентов-архитекторов, с которыми познакомился Рими, был Рэндольф Боллс, который со своей матерью проживал в большой квартире семьи Фиби Херст в Париже. Сестра Боллса, Мэй, сопровождала Фиби Херст в поездке в Акку осенью 1898 года и стала бахаи. В Париже Мэй Боллс подружилась с Рими и рассказала ему о Вере осенью 1899 года. Утром 31 декабря 1899 года Мэй Боллс рассказала Рими о Бахаулле и Абдул-Баха; он немедленно принял их, став третьим бахаи в Париже. Несколько месяцев спустя, в апреле 1900 года, Абдул-Карим-и-ихрани, персидский учитель бахаи, был проездом в Париже и углубил новых бахаи в их религии. Мирза Абул-Фазл был весной и в начале лета 1901 года. Большинство персидских учителей, направлявшихся в Соединенные Штаты, и бо́льшая часть американских бахаи, отправляющихся или возвращающихся из паломничества, проезжали через Париж, что предоставляло находящимся здесь бахаи широкие возможности узнать о Вере Бахаи очень подробно. Сам Рими отправился в паломничество в феврале 1901 года и встретился с Абдул-Баха. Также он совершал паломничество в 1907, 1908, 1909, 1914 и 1921 годах.

Осенью 1903 года Рими вернулся в Вашингтон, округ Колумбия, который служил его основным местом жительства до 1950-х годов. Он начал писать брошюры о Вере: Unity: The Revelation of Baha ‘Ullah («Единство: Откровение Бахауллы») (февраль 1905 года); The Revelation of Baha ‘Ullah («Откровение Бахауллы») (июнь 1906 г.); The Message of Unity («Послание единства») (октябрь 1908); The Bahai Movement – A Teaching of Peace («Движение бахаи — учение о мире») (май 1911 года); The Bahai Movement for Universal Religion, Brotherhood, and Peace («Движение бахаи за всеобщую религию, братство и мир») (март 1912 года); The Covenant («Завет») (ноябрь 1912 года); и Some Vital Bahai Principles («Жизненно важные принципы бахаи») (1917?). Рими также опубликовал две книги о своих путешествиях в 1909 и 1914 годах. Вводные брошюры Рими стали одними из первых и наиболее доступных для американских бахаи.

Рими также проявил себя как активный организатор бахаи. Когда Абдул-Баха в Скрижали, явленной в июне 1906 года, упомянул о возможности организации духовного собрания в Вашингтоне, Рими предложил эту идею вашингтонским бахаи. В результате этого 14 марта 1907 года был избран «Рабочий комитет» в составе девяти человек. Рими служил в этом органе и его преемнике — Духовном Собрании бахаи Вашингтона в течение многих лет. Когда американские бахаи собрались на своем первом национальном съезде в марте 1909 года, Рими был делегатом от Вашингтона; впоследствии он был избран в первый исполнительный комитет Храмового союза бахаи. Он служил в этом органе в течение 1909-10, 1911-12, 1918-20 и 1921-24. Во время своих поездок по Соединенным Штатам в течение 1906-11 годов Рими был активным распространителем выросшей организации бахаи на местном уровне. Он также был сотрудником Персидско-американской образовательной ассоциации — организации бахаи, которая оказывала помощь иранским бахаи в развитии школ и клиник. Его преданность и послушание Абдул-Баха побудили группу выдающихся американских бахаи назначить его и еще трех бахаи в «Комитет по расследованию» в 1918 году для расследования возможного нарушения Завета в Чикаго.

Рими был особенно известен как странствующий учитель. Полный список всех его поездок окажется длинным и сложным для составления. В 1907 году он посетил большую часть Западной Европы. В 1908 году он побывал в Англии, Германии, Палестине, Туркестане и Иране, последние два региона в компании Сиднея Спрэга. В Ашхабаде Рими посетил первый Дом Поклонения Бахаи; позже он опубликовал его подробное описание. В результате своего визита в Иран он смог призывать американских бахаи отправлять американских женщин-бахаи в эту страну для работы врачами, медсестрами и учителями. Он также впервые организовал переписку между американскими и иранскими женщинами-бахаи.

В ноябре 1909 года Чарльз Мейсон Рими и Говард Струвен начали первую поездку бахаи по обучению вокруг земного шара. Из Сан-Франциско они отправились на Гавайи, затем четыре города в Японии, Шанхай, Сингапур, три города в Бирме, как минимум восемь городов в Индии, затем Палестина; они вернулись в Соединенные Штаты в июне 1910 года. В 1914 году Рими и Джордж Латимер пересекли границы между воюющими сторонами, чтобы распространять Веру во Франции, Англии и Германии. Менее известные поездки по обучению состоялись в 1919, 1943 и 1944 по югу Америки; в 1945 по северо-востоку США; в 1945-46 по Латинской Америке; в 1946 по Среднему Западу; в 1947 по югу США, по Европе и Латинской Америке; в 1948 по Германии, Австрии, Италии и Англии; и в 1949 по Европе.

Хотя Абдул-Баха поощрял Рими взять в жены Джулиет Томпсон, бахаи из Нью-Йорка, и они были помолвлены, они так никогда и не поженились. 11 июля 1931 года, когда ему было 57 лет, Рими женился на богатой наследнице по имени Гертруда Хейм Клемм; союз закончился с самоубийством жены 5 августа 1932 года.

Поскольку он унаследовал часть семейного состояния, Рими никогда не нужно было зарабатывать на жизнь. Помимо преподавания в Университете Джорджа Вашингтона в течение года или двух после своего возвращения из Парижа, когда он еще жил со своими родителями, у Рими никогда не было постоянной работы. Он посвятил немало времени литературному труду, а также архитектуре бахаи. Он подготовил десяток проектов для Дома Поклонения Бахаи в Уилметте, штат Иллинойс, и представил несколько на финальный конкурс в 1920 году; но был выбран дизайн Луи Буржуа (на который повлияли идеи Рими). Рими спроектировал Дома Поклонения, возведенные в Кампале и Сиднее, и здание Международного архива в Хайфе. Он сделал много предложений для дизайна Святилища Баба. Он также спроектировал Дом Поклонения, который должен быть построен на горе Кармель.

Храмы бахаи в Африке и Австралии

Храм бахаи в Африке (Кампала, Уганда)Дом Поклонения Бахаи в Австралии (Сидней)

Фотографии © Bahá’í International Community

Рими потратил большую часть своего личного состояния на два проекта: свой особняк в Вашингтоне, который он сам спроектировал, и «Римиум», огромный семейный мавзолей, который он построил на пяти акрах земли епископальной церкви в Погик, штат Вирджиния, недалеко от Вашингтона. Мавзолей представлял собой большое каменное сооружение с мраморными склепами и колоннами, которые включали в себя огороженные внутренние дворы, часовни, а также обширные газоны и сады. В нем находились мраморные статуи в натуральную величину умерших членов семьи, мраморные рельефы, изображающие важные события в американской истории, в которых участвовали члены семьи, и мемориальные таблички в память о важных событиях в истории семьи. Рими перенес тела умерших членов семьи в Римиум. Начатый в 1939 году Римиум обошелся в сумму более миллиона долларов. После неоднократных случаев вандализма Римиум был снесен в 1973 году по распоряжению епископальной церкви.

Римиум — показательный пример едва не маниакальной заботы о вечной памяти и своем будущем месте в истории, которую Рими с возрастом все сильнее проявлял. С 1930-х годов Рими начал публиковать ограниченные тиражи мемуаров своего отца, матери и деда. Обратившись к своей собственной жизни, перед смертью в 1974 году Рими опубликовал более ста томов мемуаров, переписки, описаний бахаи и общин бахаи, своих дневников и своих личных архитектурных проектов. По мере того, как рос его страх перед глобальным катаклизмом — в конце 1940-х годов он в частном порядке выразил свое убеждение в том, что ядерная война охватит человечество, а в 1960-х он публично заявил, что ось Земли наклонится, сместив мировой океан и вызвав глобальные наводнения, — он начал передавать экземпляры своих мемуаров в библиотеки университетов и исторических обществ, чтобы гарантировать сохранение хотя бы одного собрания своих трудов.

24 декабря 1951 года Шоги Эффенди назначил Рими членом первого контингента Десниц Дела Божьего. Он также учредил Международный совет бахаи и назначил Рими его первым президентом. Назначение потребовало переезда Рими в Хайфу. Он продолжал совершать поездки по делам Веры; в 1953 году он выступал на Второй международной конференции по обучению в Чикаго и Четвертой международной конференции по обучению в Нью-Дели. Он также посвятил много времени архитектурным проектам бахаи.

4 ноября 1957 года Шоги Эффенди скончался в Лондоне, заболев азиатским гриппом. Рими был среди Десниц Дела, которые опечатали квартиру Шоги Эффенди, а затем провели тщательный поиск завещания, которое не было обнаружено. С ноября 1957 года до избрания Всемирного Дома Справедливости в апреле 1963 года двадцать семь Десниц Дела Божьего, назначенные Шоги Эффенди, управляли делами Веры Бахаи. Они провели серию из шести ежегодных конклавов Десниц. Они назначили совет из девяти Десниц, которые проживали в Хайфе и постоянно собирались, чтобы направлять Веру Бахаи. Рими был членом этого совета.

Притязания Рими на то, чтобы стать вторым Хранителем Веры Бахаи, постепенно зрели в его голове. Он сам признает, что имел смутные мысли об этом еще во время первого конклава Десниц в ноябре 1957 года. По словам Рими, в ноябре 1958 года он выступил на втором конклаве Десниц, предупреждая их, что они нарушают Волю и Завещание Абдул-Баха, не допуская продолжения Хранительства. На третьем конклаве, в ноябре 1959 года, Десницы приняли решение заменить Международный совет бахаи, назначенный Хранителем в 1951 году, избираемым органом, предшественником Всемирного Дома Справедливости, который, они решили, будет избран в 1963 г. Рими отказался подписать совместное заявление Десниц и вскоре отбыл из Хайфы в Вашингтон. В апреле 1960 года он объявил себя вторым Хранителем Веры Бахаи, основываясь главным образом на том факте, что Шоги Эффенди назначил его президентом Международного совета бахаи — предшественника Всемирного Дома Справедливости — и, что Хранитель является главой Всемирного Дома Справедливости. Десницы Дела Божьего незамедлительно объявили его нарушителем Завета.

Рими получил от мира бахаи относительно небольшую поддержку своего заявления. Только одно Национальное Духовное Собрание — французское — частично приняло его требование. Возраст Рими и ухудшающееся здоровье мешали ему организовать своих последователей. Он поручил своим последователям в Соединенных Штатах и ​​Пакистане избрать Национальные Духовные Собрания, что они и сделали в 1963 году, но он распустил их в 1966 году. Американская группа проиграла судебный иск против Национального Духовного Собрания бахаи Соединенных Штатов, по которому они пытались получить контроль над всей собственностью бахаи в Соединенных Штатах; часть судебного постановления запрещала им нарушать товарные знаки бахаи, называя себя бахаи в печати. Послания Рими были сосредоточены на грядущем планетарном потопе и все сильнее противоречили толкованиям учения бахаи, сделанным Шоги Эффенди.

В 1961 году Рими отправил Джоэлю Марангелле, одному из своих последователей, запечатанный конверт, который должен был быть открыт, когда Марангелла почувствует, что пришло время. В том письме он назначал Марангеллу третьим Хранителем. В 1964 году Рими назначил Марангеллу президентом «Второго Международного совета бахаи», что является весьма символическим актом, учитывая, что собственные претензии Рими на Хранительство основывались на факте его президентства в первом совете. (Позже Рими распустил совет.) Марангелла впоследствии вскрыл конверт и узнал о своем назначении. Тем не менее, Рими, похоже, забыл об этом назначении и в 1967 году назначил Дональда Харви своим преемником. В 1968 году он также назначил первую пятерку из предполагаемых двадцати четырех старцев (старейшин), Харви стал «первым старцем». Позже Рими распустил этот орган старейшин. В 1969 году Марангелла публично заявил о своей претензии на попечительство, утверждая, что действия Рими после 1964 года были иррациональными из-за старческого слабоумия. Многие из последователей Рими обратились к Марангелле. Впоследствии сторонники Рими раскололись на полудюжину групп. Рими умер 4 февраля 1974 года, за несколько месяцев до своего сотого дня рождения, и был похоронен без религиозных обрядов во Флоренции, Италия.

Remey, Charles Mason Роберт Стокман, 1995

Шоги Эффенди говорил, что размышления о последствиях, навлекаемых на себя теми, кто пытается подорвать единство Дела, помогают верующим глубже оценить ограждающую силу Завета Бахауллы.

Также смотрите: Мейсон Рими и его последователи — меморандум о последней по времени группе нарушителей Завета. 29 ноября 2001 г.

Мирза Абул-Фазл Гулпайгани

1844-1914

Мирза Абул-Фазл Гулпайгани — Апостол Бахауллы(Встречаются разные написания имени: Мирза Абу-ль-Фазль Гульпайгани, Абу-ль-Фазл Гольпаигани, Абул-Фадл Гольпайегани.)

Мирза Абул-Фазл Гулпайгани — Апостол Бахауллы, один из видных деятелей религии бахаи, распространитель учения бахаи в Египте, Иране, Туркменистане и в США. Абдул-Баха часто называл его Абул-Фазаил («Прародитель добродетелей»).

Мирза Абул-Фазл родился в 1844 году в деревне недалеко от Гольпайеган в семье муллы. Получил обширное исламское образование, в том числе в области философии и теологии. С октября 1873 года он преподаёт исламскую теологию в религиозном учебном заведении Медресе Хаким Хашим в Тегеране. Вскоре он становится его главой. Кроме преподавательской деятельности, Мирза Абул-Фазл усиленно занимается изучением философии, изучает ирфан (мусульманскую мистику), буддизм и естественные науки. 20 сентября 1876 года он переходит в религию бахаи. Он сделал это после того как прочитал пророчества Бахауллы об османском султане Абдул-Азизе и его визире Мехмед Амин Али-паше, и они вскоре исполнились.

Существует история о том, как Абул-Фазл Гулпайгани заинтересовался вероучением бахаи. Как-то во время поездки один из ослов потерял подкову и пришлось заглянуть в кузню, принадлежавшую одному бахаи. Тот, видя перед собой именитого богослова, задал ему теологический вопрос, от которого Абуль Фазль пришел в замешательство. Не найдя ответа, он вышел в растерянности. Спутники пытались утешить его и просили не придавать значения вопросам «еретика-бахаи». Это не успокоило великого ученого. Больше всего его заинтриговала сама религия, в которой даже простой неграмотный кузнец задается вопросами, на которые не могут найти ответа просвещеннейшие богословы. Это подвигло Абул-Фазла на изучение религии бахаи. В последующие месяцы он встретился с несколькими ведущими бахаи, в том числе Набиль-и-Акбаром, мирзой Измаил Забихом и Ака Мирза Хайдар Али Ардистани. В результате, в 1876 г. он сам принял эту религию.

После того, как Мирза Абул-Фазл объявил о принятии новой веры, он был изгнан из медресе и неоднократно бывал арестован.

Мирза Абул-Фазл предпринимает несколько поездок по Ирану с целью распространения Дела и привлекает к новому учению немало верующих.

 

Ашхабад

В 1889 году он прибывает в Ашхабад (в то время — столица Туркестана, части Российской империи), где становится главной фигурой новообразованной общины бахаи.

Всего через полтора месяца после его прибытия, 8 сентября 1889 года, в Ашхабаде происходит одно из самых значительных событий в истории бахаи этого города — убийство одного из видных бахаи, Хаджи Мухаммада Ризы Исфахани. Гулпайгани сразу же помог общине бахаи отреагировать на это событие, и позже он стал представителем бахаи на суде над убийцами. Это событие установило независимость Веры Бахаи от Ислама как для российского правительства, так и для жителей Ашхабада. (Подробнее читайте «История мученичества Хаджи Мухаммада Ризы Исфахани в Ашхабаде».)

Из Ашхабада Мирза Абул-Фазл совершает поездки в Самарканд и Бухару. Востоковед, исследователь бабизма, А.Г. Туманский, который позднее перевел Китаб-и-Агдас на русский, встречался с Мирзой Абул-Фазлом в Ашхабаде.

 

Каир

В 1894 Гулпайгани покидает Ашхабад и отправляется в Палестину, в город Акка, где проводит 10 месяцев в гостях у Абдул-Баха, оттуда уезжает в Каир. Здесь Мирза Абул-Фазл находит место преподавателя-учёного (улема) при исламском университете Аль-Азхар — самом престижном учебном заведении в мусульманском мире.

По прибытии в Каир Мирза Абул-Фазл сперва не входит в контакт с бахаи, а начинает преподавать в университете Аль-Азхар. За короткое время его глубокие знания заставляют группу студентов университета собраться вокруг него. Среди них он выбирает нескольких, наиболее открытых новому, и начинает говорить с ними о Вере Бахаи. В итоге около тридцати из этих учеников стали бахаи. До этого времени, хотя в Египте имелось значительное количество бахаи, все они были иранцами. Теперь Гулпайгани обратил многих ученых египтян, в том числе тех, которые впоследствии сыграли важную роль в развитии Веры Бахаи в Египте, например, Абдул-Джалил Бей Саад. Гулпайгани также познакомился с рядом писателей и издателей журналов. Его статьи и статьи о нем начали появляться в египетской прессе.

 

Поездка в Европу и Америку

В 1901 году Мирза Абул-Фазл по указанию Абдул-Баха отправляется в США. По пути Мирза Абул-Фазл посещает общину бахаи в Париже. За время его пребывания там, более 30 человек стали бахаи. В Америке ему было поручено заняться разъяснением для западных бахаи сложных мест нового учения, а также разоблачить ревизионистское направление, которое проповедовал в США Ибрагим Джордж Хейралла.

 

Последние годы жизни

В 1904 году Мирза Абул-Фазл возвратился в Каир, где и прожил до конца жизни. Абдул-Баха во время начала Своей поездки на Запад в августе 1910 года специально позаботился о месте для Гулпайгани в Александрии. Чтобы тот мог жить рядом с Ним несколько месяцев, пока Абдул-Баха находится в этом городе.

Дата смерти Мирзы Абул-Фазла Гулпайгани 21 января 1914 г.

 

Интересные факты:

  • Абдул-Баха в честь Мирзы Абул-Фазла Гулпайгани назвал одну из внешних дверей в Святилище Баба.
  • Он был один из немногих Апостолов Бахауллы, кто ни разу не встречался с Бахауллой.
  • После его смерти его библиотека много лет хранилась в особняке в Бахджи на том же этаже, где находится комната, в которой жил Бахаулла.
  • Принимал участие в работе над переводом Китаб-и-Агдас (Наисвятой книги) на русский язык.
  • Именно Мирзе Абул-Фазлу Гулпайгани была адресована Скрижаль Бахауллы, в которой содержатся известные слова:

Скиния единства воздвигнута; не считайте друг друга чужими. Вы плоды одного древа, листья одной ветви.

Бахаулла, Крупицы из Писаний, CXII

 

Дополнительные источники

Абдул-Джалил Бей Саад

Абдул-Джалил Бей Саад - Десница Дела БожьегоБудучи старым бахаи Египта, кто принял Дело во времена Мирзы Абул-Фазла, который был его учителем, Абдул-Джалил Бей Саад отличался такими высокими и благородными качествами, что его можно причислить к тем редким верующим, которые полностью посвятили свою жизнь Слову Божьему. Он был так предан Делу, что никогда не колебался пожертвовать всем, когда это требовалось. Он сильно любил Веру Бахауллы; служа ей, он переносил множество трудностей в духе истинной преданности и сияющего принятия, что поддерживало его в ходе неоднократных перемещений его места работы в отдаленные районы, где он часто был изолирован от своей семьи и верующих. Он не упускал возможности продвигать интересы общественности, независимо от вероисповедания, и мы вполне можем полагать, что будущие поколения, возможно, даже нынешнее поколение, признают ценные услуги, которые он оказал Египту.

В 1923 году, когда были приняты конституционные законы страны, комитет, назначенный для этой цели, рекомендовал ограничить свободу вероисповедания признанными религиями. Абдул-Джалил Бей Саад, как судья гражданских судов, написал очень вдохновляющие статьи на эту тему, утверждая, что всем религиям следует предоставить равную свободу. Этот принцип был принят в третьем чтении законодателями.

Этот благородный бахаи отличился во время каждого этапа развития Дела в Египте. В мае 1929 года положение верующих в Египте стало критическим из-за исторического приговора, вынесенного мусульманским судом против бахаи Ком эль-Саиды в 1925 году. По указанию возлюбленного Хранителя г-н Миллс прибыл в Каир, где он вместе с Абдул-Джалил Бей Саадом встретился с премьер-министром и другими высокопоставленными чиновниками с целью улучшить положение друзей. Позже Абдул-Джалил Бей Саад вел эти переговоры в одиночку.

В 1934 году должна была быть легализована декларация об учреждении организации, но смешанный трибунал отклонил ее на том основании, что она представляет собой инструмент религиозного характера и поэтому находится вне юрисдикции трибунала. Однако такт и настойчивость, проявленные Абдул-Джалил Бей Саадом при поддержке требований бахаи к генеральному прокурору, в конце концов преодолели все сопротивление, и декларация об учреждении организации была признана действительной и узаконенной. Этот исторический акт значительно облегчил будущее взаимодействие с правительством.

В том же 1934 году некий ученый шейх эль-Хараши выступил против Веры Бахаи в серии статей под заголовком «Вера Бахаи — приятная иллюзия». Абдул-Джалил Бей Саад с выдающимся усердием и смелостью опроверг утверждения этого автора в серии из четырнадцати статей под заголовком «Вера Бахаи — вечная истина». Столь ярка была его подача учения, столь обильны приведенные им доказательства, что фанатики, потерпев неудачу в своих аргументах, обратились за помощью к властям и потребовали объяснений, как может быть дозволено судье в мусульманской стране распространять учение религии, которая по их словам против Мухаммада. На этих основаниях они обратились к министру юстиции с просьбой прекратить появление его статей. Министр юстиции, со своей стороны, пытался убедить его прекратить писать свои статьи в защиту Дела, но Абдул-Джалил Бей Саад ответил ему: «Если Ваше Превосходительство желает, чтобы я прекратил защищать свою веру, тогда другая сторона также должна перестать атаковать ее». В связи с этим инцидентом вопрос о свободе вероисповедания вновь был поднят в парламенте, где министр заявил, что, хотя абсолютная свобода религий санкционирована законодательством страны, были приняты меры для прекращения публикации статей обоих заинтересованных сторон.

Тем временем, в качестве дисциплинарного взыскания, Абдул-Джалил Бей Саад был переведен в отдаленный район в верхнем Египте, где, по их мнению, он не смог бы возобновить свою деятельность. Напротив, он воспользовался этой возможностью и перевел «Вестники Рассвета» на арабский язык, что позволило арабскоязычным странам изучать эту подлинную историю, столь насыщенную тематически и столь ценную для всех бахаи. В 1941 году его перевод был напечатан, но из-за войны его пришлось передать в правительственный отдел по общественной информации. Из этого ведомства его передали высоким мусульманским властям, которые объявили, что это против мусульманской веры, и заявили, что издание должно быть признано негодным. После чего все издание было собрано для уничтожения. Узнав об этом, Абдул-Джалил Бей Саад опросил всех задействованных служащих и приложил все возможные усилия, чтобы книгу разрешили. Не падая духом от противодействия и неотзывчивого отношения, он, казалось, от этого только сильнее набирал обороты, игнорируя кажущуюся безнадежность своих усилий. В конце концов, после неустанных и настойчивых трудов, он добился не только спасения всего тиража, но и также официального разрешения распространять книгу в Египте и за рубежом.

Среди его исторически значимого служения можно упомянуть перевод книги «Бахаулла и Новая Эра» на арабский язык и компиляции из Laws of Personal Status («Законы о личном статусе») и Rules of Procedure («Правила процедуры»).

Laying Foundation Stone of Haziratul-Quds at Cairo Egypt, October, 1941

В 1941 году он снова использовал декларацию об учреждении организации в качестве инструмента, чтобы побудить министерство гражданской обороны выдать разрешение на строительство в Каире Хазратуль-Кудс (центра бахаи) и на закупку необходимых материалов для его строительства. Он был так предан этой задаче, что его часто можно было встретить на строительной площадке, курирующим работу. Он продолжал заниматься этим любимым делом, несмотря на всю свою другую работу и сильную жару, пока он не заболел и не умер скоропостижно после операции.

В течение многих лет он был президентом Национального Духовного Собрания бахаи Египта и Судана и надежным поборником администрации бахаи. Его верность возлюбленному Хранителю, его способности учителя, его обширные знания Священных Писаний, его любовь, которую он выказывал к своим собратьям-бахаи, и отвага и самопожертвование, с которыми он служил Делу Божьему, навсегда останутся в памяти египетских верующих, которые гордятся своим первым Десницей Дела и его немеркнущим служением.

Абдул-Джалил Бей Саад скончался 25 мая 1942 года. Хранитель присвоил ему звание Десницы Дела Божьего.

 

The Baha’i World, № 9, стр. 597–599

В тексте упоминается декларация об учреждении организации. Чтобы получить представление об этом документе, можете посмотреть текст американского Национального Духовного Собрания бахаи. Шоги Эффенди рекомендовал его принимать другим общинам. Так что весьма вероятно, что декларация об учреждении организации бахаи в Египте была похожа по содержанию.

Рой С. Вильгельм

1875-1951Roy Wilhelm / Рой С. Вильгельм, Десница Дела Божьего

Сердце наполнено горем (из-за) потери высоко ценимого, сильно любимого, высоко почитаемого глашатая Завета Бахауллы, Роя Вильгельма. Выдающийся послужной список обогатил анналы завершающих лет Героического и начальных лет Века Становления Веры. Его превосходные качества расположили (к) нему возлюбленного Учителя, Абдул-Баха. Его святость, непоколебимая вера, выдающееся служение — местное, национальное, международное, (его) образцовая преданность, дают ему право быть зачисленным (в) ряды Десниц Дела, гарантируют ему вечную награду (в) Царстве Абха. Рекомендую провести поминальное собрание (в) Храме подобающее его незабываемым заслугам (и) высокому рангу.

– Шоги, 24 декабря 1951 года.

В истории Веры Бахаи в первой половине двадцатого века Рой С. Вильгельм занимает важное место. Твердость его веры, чистота его преданности, его самопожертвование и его неустанная деятельность позволили ему внести уникальный вклад в установление Веры в Северной Америке и косвенно, благодаря его щедрой помощи госпоже Марте Рут и распространению им литературы бахаи на многих языках, на других континентах. Чрезвычайно скромный, он выполнял тяжелые административные обязанности с очаровательным шармом, который завоевал ему множество друзей.

Рой Вильгельм был прежде всего честным человеком, который применял высокие стандарты поведения бахаи к себе, прежде чем применять их к другим.

Родившийся в Зейнсвилле, штат Огайо, 17 сентября 1875 года, Рой Вильгельм и его родители переехали в Уэст-Энглвуд, штат Нью-Джерси, и открыли в Нью-Йорке свою фирму по импорту, делами которой он активно занимался до последних нескольких лет своей жизни. Именно в этом доме в Уэст-Энглвуде Абдул-Баха в 1912 году во время своего визита в Северную Америку провел праздник единства для бахаи Нью-Йорка и его пригородов, на котором он объявил, что в эту дату Вера Бахауллы была действительно установлена в Америке. Место этого собрания в будущем будет отмечать единственный публичным мемориал, который американским бахаи разрешено построить в память о визите Абдул-Баха с апреля по декабрь 1912 года.

Бахаи, который был тоже связан с группой, которая много лет после 1900 года встречалась в доме Доджей в Нью-Йорке, дал такое описание:

Встречи были чрезвычайно интересными и полными рвения. Это была счастливая группа, и наличествовало явное духовное понимание, если так можно выразиться, даже если наши знания об Учении были ограничены. Крещение Святым Духом должно быть стало чистой щедростью Господа для этой группы. Все без исключения имели великое и искреннее желание служить Делу таким образом, как каждого, словно, направляли. Рой (Вильгельм) регулярно посещал эти встречи ... 

В то время было мало доступной литературы бахаи, а копии молитв и скрижалей печатались на машинке и передавались от одного к другу. Одна из самых ранних попыток сделать священные тексты более доступными была самостоятельно предпринята и осуществлялась Вильгельмом. Его компиляции, последовательно переведенные на ряд языков, широко использовались на встречах для друзей (в домах) и на общественных собраниях, проводимых все чаще и чаще, поскольку в Северной Америке увеличивалось число центров бахаи. Одним этим преданным тружеником выполнено большое служение по печати и выпуску легкодоступных сотен тысяч буклетов бахаи в течение его жизни. Кроме того, его деловая реклама в журналах о торговли стала выделяться использованием краткого текста бахаи в каждой публикации.

Много можно было бы написать о его посещениях центров бахаи во время его деловых поездок по всей стране, неся великое Послание к бесчисленным интересующимся и поддерживая энтузиазм самих активных тружеников-бахаи. «Бахаи повсюду с нетерпением ожидали его приезда и готовили для него встречи ...» — написал один из его современников. 1907 год был ознаменован величайшим опытом за годы становления его жизни бахаи. В апреле того года Рой Вильгельм в сопровождении своей матери отправился в паломничество, чтобы достичь присутствия Абдул-Баха в Акке на Святой земле. В следующем году Рой Вильгельм подготовил и распространил буклет, рассказывающий о его паломничестве, который он озаглавил «Стучите, и отворят вам (Мф. 7:7)».

На обложке была воспроизведена фотография двери, ведущей в комнату Абдул-Баха. Вот цитата из текста:

То, что больше всего впечатляет паломника в «Величайшую тюрьму» в Акке — это дух жертвенности. Нигде я не был свидетелем такой любви, такой совершенной гармонии. Желание тех, кто находился в этой тюрьме, состояло в том, чтобы служить друг другу. Посреди нашей западной свободы трудно понять острый антагонизм и ненависть, которые существуют на Востоке между последователями нескольких великих религиозных систем. Например, еврей и мусульманин отказались бы вместе кушать мясо, а индус взять воду из колодца любого из них. Тем не менее, в доме Абдул-Баха мы видели христиан, евреев, мусульман, зороастрийцев, индусов, объединившихся вместе как дети единого Бога, живущих в совершенной любви и гармонии ...

В доме Абдул-Баха в Акке мы повстречали многих из этих народов, но у них исчезли все следы разногласий и ненависти, которые закладывались и культивировались на протяжении веков, и теперь они словно члены одной Семьи. Они жертвуют своими жизнями друг за друга. Чему приписать такое чудо единения? ... Мы много слышали о любви и доброте, проявляемой братьями с Востока к паломникам с Запада — после нашего визита ... мы поняли ... Во встрече Запада с Востоком исполнились пророчества Книг ... Во время нашей последней трапезы Абдул-Баха наломал куски хлеба в Свою миску, затем попросил тарелки паломников. Он дал каждому из нас кусочек. Когда еда была закончена, Он сказал, что дал нам поесть из Своей чаши, теперь же мы должны раздать Его Хлеб среди людей.

Послание бахаи о единстве человечества и сущностного единства Откровения навлекло свои суровые испытания на последователей во всех странах, чтобы искренние были отделены от неискренних. Буря ожесточенных противоречий бушевала вокруг спокойного и сияющего Присутствия Абдул-Баха, Центра Завета Бахауллы человечеству. Жертва официального преследования и находившийся в заключении до 1908 года, Абдул-Баха также подвергался нападкам со стороны неверных из Его собственной семьи, и эти враги пытались сформировать основу для повсеместной нелояльности в общинах бахаи Востока и Запада. Вместе с другими верными душами своего поколения Рой Вильгельм был выше запутанных и подчас неуловимых разногласий и излучал дух стойкости в этом Завете.

Он был очень дорог Абдул-Баха и получил множество знаков доверия и уважения от своего Учителя. Долгое время телеграммы и письма (скрижали), отправляемые Абдул-Баха группам бахаи и отдельным лицам в Северной Америке, присылались на адрес Роя Вильгельма и затем рассылались им по месту назначения.

В 1909 году американские бахаи по инициативе чикагской группы избрали национальный орган бахаи, который должен был представлять всех бахаи Северной Америки в их совместных усилиях по приобретению земли и планированию строительства Дома Поклонения в Уилметте, штат Иллинойс.

С этого года и до отхода от активного служения бахаи в 1946 году, за исключением одного года по болезни, Рой Вильгельм ежегодно избирался в Храмовый союз бахаи и позднее в Национальное Духовное Собрание и в течение многих лет служил в качестве его казначея. Ни один другой американский верующий не достиг сопоставимого результата. В роли казначея, присущая ему честность и простая, прямолинейная человечность изложения им финансовых дел, привели к быстрому развитию фонда бахаи как органичного института общины.

После кончины Абдул-Баха в 1921 году Хранитель, который был назначен в Его воли и завещании, вызвал двух американских бахаи на конференцию в Хайфу — Роя Вильгельма и Маунтфорта Миллса.

Хорэс Холли

 

Сокращенный перевод из The Baha’i World, №12, стр. 662-664. Фотография © Bahá'í International Community

Рой Вильгельм скончался 20 декабря 1951 года. Шоги Эффенди посмертно возвел его в ранг Десницы Дела Божьего.

 

Коринн Найт Тру

1861-1961

Corinne True / Коринн Найт ТруКоринн Найт Тру родилась в округе Олдем, штат Кентукки, 1 ноября 1861 года и со своей семьей переехала в Чикаго, когда была маленькой девочкой. 22 июня 1882 года она вышла замуж за Мозеса Адамса Тру. Она перешла в Царство Абха 3 апреля 1961 года — трудившись для Царства Божьего на земле до достижения возраста в сто лет.

За свою жизнь она родила восемь детей — четыре мальчика и четыре девочки. Старшая дочь (Харриет Меррилл) умерла в 1892 году, когда ей было девять лет, в результате несчастного случая. В глубоком горе Коринн Тру начала поиски Истины и свои изучения «Единства», «Божественной науки» и «Христианской науки». В 1899 году она впервые услышала о Послании Бахауллы от группы персидских учителей в Чикаго. Она сразу заинтересовалась Учением Бахаи и начала его изучать.

Последовательная смерть четырех сыновей и ее мужа между 1899 и 1909 годами* заставляла ее все больше и больше обращаться к Вере и все глубже погружаться в нее. Среди ее более пятидесяти Скрижалей от Учителя одни из самых красивых и, безусловно, самых нежных — это те, которые Он послал во время этих непрекращающихся утрат.

Ее воспитание в детстве было строго традиционным, с отцом, который был пресвитерианским священником. Она со смехом объясняла, что ее необычное знание Библии объясняется тем, что ее заставляли читать эту книгу в качестве наказания — «должно быть, я была озорной маленькой девочкой». Она всегда отличалась своей независимостью мышления и часто как ребенок повторяла: «Как должно быть замечательно было жить в те дни, когда Христос был на земле».

В 1899 году Абдул-Баха отправил в Соединенные Штаты ряд учителей — Хаджи Абдул-Карима, Мирзу Асадуллу, Мирзу Абул-Фазла и других из-за отступничества доктора Хейралла. Тру рассказали об этих учителях, которые были тогда в Чикаго. Приняв Веру, она сразу же обратилась к Абдул-Баха, попросив у Него ряд руководящих принципов, по которым нужно жить. И получила от Него соответствующую Скрижаль.

Она сразу же отошла от традиций и ортодоксальных учений своей прежней жизни и с тех полностью посвятила свою жизнь служению Вере Бахаи, следуя до конца своих дней тем руководящим принципам, которые дал ей Учитель.

Последовательность Скрижалей показывает, что она обращалась к Абдул-Баха на каждом этапе своей жизни и безоговорочно следовала Его любящим увещеваниям и советам. Ее полное принятие и послушание руководству Учителя, а также ее стойкость в Завете, помогли ей в переходный период после неописуемой потери Учителя в 1921 году понять и полностью принять положение Хранителя. Потом она встретила непоправимую потерю Хранителя с той же силой, мужеством и верой. Когда ей сообщили о его кончине, он сказала: «Но мы должны знать, что это воля Божья».

Несмотря на выдающееся духовное величие, она обладала бесконечной любовью и нежностью ко всем, постоянно оказывая небольшие знаки внимания в соответствующий момент, после чего это действие навечно оставалось жить в сердце человека. Будучи финансовым секретарем Храмового союза бахаи, она в ответ на каждое пожертвование отправляла написанную с любовью записку, делясь с друзьями информацией о ходе Храмового проекта и новостями о об особенностях развития событий — письма, которые получатели хранили годами.

Друзья по всему миру относились к ней с такой любовью и привязанностью, что за ней совершенно спонтанно закрепился этот драгоценный и очаровательный титул «Мать Тру».

Ее дом в Уилметте стал «меккой» для ищущих душ, и все, кто туда приходил, возрождались, ободрялись и вдохновлялись любовью, добротой и мудростью, которые она дарила им.

В начале 1907 года (с 27 февраля по 24 марта) Мать Тру исполнила желание своего сердца и совершила первое паломничество к Абдул-Баха. Это было во время второй комиссии по расследованию учиненной турками, когда Абдул-Баха снова был заключен в тюрьму-Акку по приказу султана Турции. Во время этого визита Тру доставила к Учителю прошение от американских бахаи дать разрешение начать планировать возведение «Дома Поклонения». Эта петиция была в форме пергамента с подписями более тысячи американских верующих**. Она рассказывает историю о том, как положила пергамент позади себя на диван и сначала стала презентовать маленькие подарки, отправленные любящими друзьями. Но Учитель пересек комнату, дотянулся до пергамента, схватил его и, высоко держа его в воздухе, воскликнул, что вот это доставляет ему большую радость. Он отправил ее домой со словами о том, чтобы она занималась вопросами храма. Она хотела выполнять эту работу, но ей казалось это неподъемным. Абдул-Баха, пристально посмотрев ей в глаза, сказал, чтобы она посвятила себя этому проекту, начала действовать, и все получится. Затем он перечислил основные требования к проекту. У храма должно было быть девять сторон, девять садов, девять фонтанов, девять дверей, девять дорожек и т.д. Так зародилось представление о первом храме бахаи на Западном полушарии.

Всего Тру совершила девять паломничеств, из которых, по-видимому, особое значение имели следующие. Ее первое, в 1907 году, по причинам, уже перечисленным. Ее паломничество в 1919 году в конце Первой мировой войны — это было последний раз, когда она увидела своего возлюбленного Учителя. В начале 1922 года она снова совершила паломничество. Это произошло вскоре после того, как Шоги Эффенди стал Хранителем Дела Божьего, и тогда он поручил ей вместе с Роем Вильгельмом, Маунтфортом Миллсом и другими, находящимися тогда в Хайфе, вернувшись в Соединенные Штаты, созвать в Ризван первый съезд по выборам первого Американского Национального Духовного Собрания. Коринн Тру стала первой, кто был избран в этот орган.

29 февраля 1952 года Хранитель жаловал Коринн Тру высшей честью, возведя ее в ранг Десницы Дела Божьего, поэтому она в этом году совершила свое последнее паломничество, как приглашенный гость Хранителя и как Десница Дела Божьего. Возлюбленный Хранитель был особенно любезен с ней во время этого последнего визита, не упуская возможности выказать свою любовь и высокое уважение к ней, сделав ей драгоценный подарок — кошелек Учителя, который тот носил в Соединенных Штатах (1912 г.), и в котором содержалась золотая английская монета того же года (1907 г.), что и ее первый визит к Учителю. Именно в это время Хранитель высказал ей самую возвышенную похвалу, произнеся: «Госпожу Тру следует считать самой почтенной фигурой среди пионеров Веры Бахауллы на Западе».

Хотя Коринн Тру была, пожалуй, более всего известна во всем мире бахаи благодаря ее беспрецедентному служению по созданию первого Храма в Западном мире, ее достижения в области обучения столь же выдающиеся. В первые две трети своей жизни бахаи она, участвуя в Храмовом проекте, также уделяла время обучению Вере в Чикаго и в городах между Чикаго и Милуоки — Кеноша, Расин и Уокиган. Она была первой, кто рассказал о Вере в штате Мичиган. Кроме того, у нее было много публичных выступлений о Вере — трудная задача для нее. Когда Учитель попросил ее это сделать, она объяснила, что у нее нет специальной подготовки, и она стесняется перед аудиторией. Тогда Учитель велел ей говорить свободно, никогда не беспокоясь, а обратить свое сердце и разум к Нему, и Он никогда не подведет ее. Что она и сделала с полной уверенностью и верой и стала выдающимся и действенным оратором. Для тех, кто присутствовал на Европейской конференции по обучению в 1950 году в Копенгагене, было незабываемым услышать слова Матери Тру, когда она говорила на банкете единства в Хельсингёре, что недалеко от Копенгагена. Друзья слушали завороженные. Атмосфера была наполнена светом и духом. Мать Тру преобразилась, и слова слетали с ее губ, каждое как драгоценность. Когда ее спросили, где она почерпнула такую мудрость, она ответила: «Говорил Абдул-Баха, а не я. Когда я рассказала Ему, что я не могу говорить перед публикой, Он сказал мне, чтобы я устранила себя с пути, и тогда Он сможет пройти. Я только что так и сделала».

В последующие годы, поощряемая Хранителем, она сосредотачивала свои усилия больше на обучении потенциальных учителей и регулярно проводила встречи для друзей в формате изучения у себя дома, где основные и самые глубокие аспекты Учения изучались с энтузиазмом и тщательно.

Хранитель всегда просил ее по возвращении с паломничеств в Хайфу поговорить с друзьями о Завете. Что она добросовестно выполняла, и это стало предметом, который она передала другим с удивительной мудростью и ясностью.

В период 1948–1952 гг. Коринн Тру посетила много новых центров в Западной Европе. В апреле 1957 года, когда ей исполнилось девяносто пять лет, Хранитель попросил быть его представителем на историческом съезде Больших Антильских островов, который должен быть состояться в Порт-о-Пренсе, в Гаити. (По политическим причинам съезд фактически проводился в Кингстоне, Ямайка.)

Вся жизнь бахаи Матери Тру была тесно связана со строительством Машрикул-Азкара на Западе. Со времени ее первого паломничества, когда она представила Учителю прошение американских верующих начать это предприятие, до выбора и покупки участка и различных этапов строительства, и самого завершения постройки, она была пылким и стойким участником многих побед и возникающих трудностей. Определенные события, связанные с этим служением, оказались особенно важными.

С самого начала Коринн Тру чувствовала, что Храмовый проект не может быть полностью осуществлен местными верующими в Чикаго, поэтому она написала Учителю, предлагая разделить административную работу с верующими из других частей Соединенных Штатов. Абдул-Баха это одобрил.

В ноябре того же года представители из различных частей страны встретились в Чикаго и назначили «Земельный комитет Храма», чтобы найти подходящий участок земли для строительства Храма. Коринн Тру вместе с Сесилией Харрисон нашли участок (где теперь стоит Храм), представили его комитету, и он был принят единогласно. Бахаи Чикаго немедленно отреагировали и, по словам Хранителя, «несмотря на малочисленность общины и скудость ее средств, взялись за предприятие, которое должно рассматривать как величайший, уникальный вклад, который бахаи Америки и даже, пожалуй, всего Западного полушария, внесли в дело Бахауллы».

Делегаты первого съезда Храмового союза бахаи. Коринн Тру запечатлена в середине в последнем ряду.

В 1909 году представители всех центров Соединенных Штатов Америки, следуя указаниям Учителя (39 делегатов из 36 городов), собрались в Чикаго в тот самый день, когда останки Баба были помещены в гробницу на горе Кармель, и «учредили постоянную организацию, известную как “Храмовый союз бахаи”, функционирующую в соответствии с законами штата Иллинойс и обладающую полным правом на владение Храмом и на то, чтобы самостоятельно изыскивать средства и способы его возведения». Коринн Тру была избрана финансовым секретарем этого Храмового союза бахаи и служила таковым до избрания первого Национального Духовного Собрания в 1922 году.

В мае 1912 года выбранное место было благословлено посещением Абдул-Баха, который заложил первый камень Храма. Во время этого визита в Чикаго Коринн Тру испытала высшую радость — принять возлюбленного Учителя в качестве гостя в своем собственном доме на Кенмор-авеню, 5338.

Ее главная радость от достижений состояла в том, что этот Дом Поклонения, материнский Храм Запада, был завершен в 1953 году, и она присутствовала на его торжественном открытии 2 мая того же года.

Через несколько недель после ее кончины и по просьбе Десниц Дела в Хайфе была проведена панихида по этой уважаемой и почтенной служанке, Коринн Найт Тру, в Машрикул-Азкаре во время 53-го Национального Съезда бахаи Соединенных Штатов.

 

Сокращенный перевод из The Baha’i World, № 13, стр. 846-849

* По другим источникам четвертый сын умер в 1912 году. (прим. пер.)

** Практически весь состав общины бахаи. Интересно, что в книге «Бог проходит рядом» Шоги Эффенди датирует это событие 1903 годом. (прим. пер.)

Муса Банани

1886-1971

Musa Banani \ Муса Банани, Десница Дела Божьего. Муса Банани родился в еврейской семье в Багдаде в 1886 году. Ему было четыре года, когда умер его отец. Последовавшие за этим годы чрезвычайных трудностей и материальных и эмоциональных лишений были лишь частично облегчены заботой и состраданием старшего брата. Муса ушел из дома и перебрался в Персию, когда ему едва исполнилось двенадцать. Суровая борьба за существование не оставила ему возможности для учебы. До конца своих дней он мог читать и писать только на персидском и арабском языках используя написания букв на иврите, как его научили в детстве.

В Персии его старший брат познакомился с бахаи и принял Веру, но Муса Банани не интересовался духовными заботами своего брата. В 1911 году он, торговец, жил в персидском городе Керманшах, когда произошло событие, которое изменило его жизнь. Выдающийся учитель-бахаи Фадил Мазандарани в сопровождении Сейида Абдул-Хусейн Ардистани выполняли поручение Абдул-Баха, и их путь пролегал через этот город. На собрании бахаи их сфотографировали с членами общины Керманшах, среди которых был и старший брат Мусы Банани. Вскоре после этого двух учителей-бахаи арестовали и подвергли жестокому обращению. Фотография использовалась властями, чтобы устроить облаву на бахаи и заставить их отречься от своей веры. Муса Банани был ошибочно арестован вместо своего брата из-за их физического сходства. В тюрьме он стал свидетелем решительного и героического отказа его сокамерника, хрупкого старика Абрара, отречься от своей веры, несмотря на жестокие пытки. Но Муса Банани был рад освободиться, сказав властям, что он не является верующим, и осыпав ругательствами вероисповедание бахаи. С этого момента Муса Банани испытывал глубокое духовное потрясение и смятение души. Он горько упрекал себя за то, что поносил Веру, о которой так мало знал. Его попытки развеять свое невежество относительно Дела привели к тому, что он стал бахаи.

Преобразование его жизни и ценностей было настолько полным, что поразило многих его товарищей. Одним из его первых решений после принятия Веры было намерение вступить в брак только с девушкой-бахаи, чтобы его дети твердо воспитывались в Вере. По иронии судьбы, спустя несколько лет после того, как он женился, он узнал, что его тесть не кто иной, как Сейид Абдул-Хусейн Ардистани, тот самый учитель бахаи, чей визит в Керманшах в 1911 году вызвал цепь событий, которые привели к принятию им Учения Бахаи.

В 1934 году Муса Банани совершил свое первое паломничество на Святую землю. Двадцать шесть дней были проведены в присутствии возлюбленного Хранителя, опыт, который возжег интенсивное пламя любви и преданности, которое растопило и переплавило саму суть Мусы Банани. Его преданность Шоги Эффенди оставалась отличительной чертой его характера до конца его жизни. Хранитель, в свою очередь, видел простоту, прямоту, неограниченную энергию и духовный потенциал Мусы Банани и развивал эти качества, одаривая его своей любовью. Уже на том этапе Хранитель сказал группе паломников, что Муса Банани «один равен тысяче». Некоторые не могли понять, почему Хранитель так распрекрасно отзывался о неграмотном человеке.

В Персии Муса смог направить свой деятельный и решительный темперамент на службу Вере. Его работа в качестве члена национального комитета, на который была возложена ответственность за выявление и приобретение исторических мест, связанных с Делом, увенчалась приобретением и последующим восстановлением дома, где Бахаулла родился в Тегеране.

В 1950 году, вскоре после того, как Шоги Эффенди призвал открыть Африку для Веры, Муса Банани совершил самый решительный шаг в своей жизни. Хотя его предприятие и деятельность сделали его довольно состоятельным человеком, он внезапно прекратил все свои коммерческие дела и уехал из Персии. Вместе со своей женой Самиха, дочерью Виолеттой, своим зятем Али Нахджавани и своей внучкой Бахийи, он в 1951 году отправился в Африку пионером и поселился в Кампале, Уганда, стране, которая до тех пор не была открыта для Веры Бахаи.

Если бы можно было подытожить характер служения Мусы Банани в Африке, то это лучше всего выразить как «мгновенное, точное и полное послушание» желаниям Шоги Эффенди. Именно его уверенное, обильное, без колебаний и мгновенное выполнение инструкций Хранителя приносило огромную радость Шоги Эффенди и заставляло его с такой любовью рассказывать о Мусе Банани окружающим. В 1952 году, когда он совершил свое второе паломничество, усилия по обучению в Африке уже приносили свои плоды. Это был захватывающий период в развитии Дела, и состоялось радостное воссоединение. Ежедневно возлюбленный Хранитель давал ему конкретные и подробные инструкции для последовательных этапов расширения и консолидации Веры в Африке. Но только когда семья Банани приготовились к отъезду в последний день их паломничества, Хранитель известил их, что уже объявил миру бахаи о назначении Мусы Банани Десницей Дела Божьего. Верный своему скромному характеру и с отличительной прямотой, Муса Банани возразил: «Я не достоин, я не умею ни читать, ни писать. Я не обладаю красноречием. Передайте эту мантию Али Нахджавани, который выполняет львиную долю обучения в Африке». Но Хранитель ответил: «Это твое влияние покорило континент. Очередь Али придет позже».

Последовавшие за этим годы напряженной деятельности явили подлинное духовное завоевание Африки, строительство материнского Храма для этого континента и создание все большего числа Региональных и Национальных Духовных Собраний. Муса Банани всегда был способен передать другим свое чувство срочности и всеохватности усилий. Весной 1954 года Хранитель по телеграфу поручил ему купить участок для материнского Храма Африки. Хотя Муса Банани только что перенес серьезную операцию на глазах, требующую интенсивного послеоперационного ухода и покоя, он прервал свой период восстановления, инициировал поиск и лично руководил им, и в течение недели смог сообщить Шоги Эффенди, что участок выбран и приобретен, — новость, которой Хранитель смог поделиться с миром бахаи в своем послании от 4 мая 1954 года.

Континентальный храм бахаи в Африке (Кампала, Уганда)

Смерть Хранителя в 1957 году стала для него невосполнимой потерей, но это сделало его вдвойне решительным в выполнении планов Шоги Эффенди. Бахаи, которые общались с ним, были глубоко впечатлены его простой, природной духовной силой. В течение последних десяти лет своей жизни, когда он все больше становится ограниченным в своих физических возможностях — страдал от паралича одной стороны тела, ампутации ноги и потери зрения в одном глазу — блистательно качество его веры ошеломляло и покоряло всех. Когда он больше не мог передвигаться, его ежедневные молитвы были за те общины бахаи, которые испытывали бедствия.

В конце своей земной жизни он был по-настоящему вдохновляющим примером торжества духа над любым земным ограничением. Ранее он разбогател и воспитал семью бахаи; теперь он потратил бо́льшую часть своего материального состояния в последние девятнадцать лет своей жизни, открывая для Веры континент и добавляя тысячи людей к всемирной семье бахаи.

Он смотрел на свою прожитую жизнь с глубоким чувством смирения и благодарности. Он чувствовал, что Бог был чрезвычайно щедр к нему. Бахаулла дал ему всё в этой жизни, чего он когда-либо желал, и ему была предоставлена возможность возвратить это Ему. Его смерть в Кампале 4 сентября 1971 года и его погребение в его любимом месте на земле Африки, в тени материнского храма на этом континенте, стало изобильным исполнением его последнего желания.

Амин Банани

The Baha’i World, XV, стр. 421 – 423. Фотографии © Bahá’í International Community

 

Телеграмма Всемирного Дома Справедливости

ГЛУБОКО СКОРБИМ УХОДЕ ГОРЯЧО ЛЮБИМОГО ДЕСНИЦЫ ДЕЛА МУСЫ БАНАНИ С БОЛЬШОЙ ЛЮБОВЬЮ ВСПОМИНАЕМ ЕГО САМООТВЕРЖЕННОЕ ЛИШЕННОЕ ТЩЕСЛАВИЯ ПРОДОЛЖИТЕЛЬНОЕ СЛУЖЕНИЕ КОЛЫБЕЛИ ВЕРЫ ЕГО ОБРАЗЦОВОЕ ПИОНЕРСТВО УГАНДЕ ДОСТИГШЕЕ НАИВЫСШЕЙ ТОЧКИ ЕГО НАЗНАЧЕНИЕМ В КАЧЕСТВЕ ДЕСНИЦЫ ДЕЛА АФРИКИ ПРИЗНАНИЕ ХРАНИТЕЛЕМ ДУХОВНЫМ ЗАВОЕВАТЕЛЕМ ТОГО КОНТИНЕНТА ПОГРЕБЕНИЕ ЕГО ОСТАНКОВ АФРИКАНСКУЮ ЗЕМЛЮ ВБЛИЗИ МАТЕРИНСКОГО ХРАМА ПОВЫШАЕТ ДУХОВНО СИЯНИЕ ТОГО БЛАГОСЛОВЕННОГО МЕСТА ГОРЯЧО МОЛИМСЯ СВЯТИЛИЩАХ РАЗВИТИЕ ЕГО БЛАГОРОДНОЙ ДУШИ ПУСТЬ АФРИКА СЕЙЧАС ЛИШИВШАЯСЯ ДОСТОЧТИМОГО СТОЙКОГО ПОБОРНИКА ЗАЩИТНИКА ВЕРЫ ПОСЛЕДУЕТ ЕГО ПРИМЕРУ ВОЗРАДУЕТ ЕГО СЕРДЦЕ В ЦАРСТВЕ АБХА ПЕРЕДАЕМ СЕМЬЕ САМЫЕ СЕРДЕЧНЫЕ СОБОЛЕЗНОВАНИЯ СОВЕТУЕМ ПРОВЕСТИ ПОМИНАЛЬНЫЕ СОБРАНИЯ ВСЕХ ОБЩИНАХ МИРА БАХАИ ПОДОБАЮЩИЕ СОБРАНИЯ МАТЕРИНСКИХ ХРАМАХ.

6 сентября 1971 г.

 

В Замбии существует школа, названная в честь Мусы Банани.

Учащиеся из школы имени Банани

На нашем сайте имеются статьи о родственниках Мусы Бабани — Али Нахджавани и Бахийи Нахджавани