Home

Коллекции

База знаний

МСБ

СНМБ

BahaiArc

Вера Бахаи

Блог

Home

Основные события 2022

Обзор событий бахаи 2022 \ 2022 year review

Главное событие 2022 года!

 

Читайте в блоге

Рекомендуйте в соцсетях

Приглашаем творческих людей!

Кто хотел бы помочь улучшить описания страниц сайта, посвященные курсам
Института Рухи?

Отзовитесь: Адрес электронной почты защищен от спам-ботов. Для просмотра адреса в вашем браузере должен быть включен Javascript.

1826 – 1912

Человек выдающихся качеств, много сделавший в области записи текстов, знаменитый каллиграф Мирза Хусейн, прозванный Мишкин-Калам, уроженец Исфахана, обладавший поразительным чувством юмора.

Мишкин-Калам (Mishkin-Qalam) - каллиграф бахаиДо принятия Веры Мишкин-Калам поддерживал тесные связи при дворе Насир-ад-Дин шаха в Тегеране, где он занимал довольно высокий пост. Однажды, когда шах позволил ему краткий визит домой в Исфахан, именно тогда он повстречал бахаи и в результате принял Веру. Он не вернулся ко двору шаха, но вместо этого поехал в Адрианополь, где предстал перед Бахауллой. С этого времени он посвятил свою жизнь целиком Делу. Позже Бахаулла послал его с важной миссией в Константинополь, чтобы противостоять неправильным представлениям, которые распространялись в королевских кругах пресловутым Сейид Мухаммад-и-Исфахани (Баби, который был воплощением злобы. Он выступал против Бахауллы и был «Антихристом Откровения бахаи».) Через некоторое время по проискам Сейида Мухаммада и его приспешников, Мишкин-Калам и несколько других бахаи были арестованы в Константинополе. Позднее они были отправлены в Галлиполи ожидать прибытия Бахауллы и Его товарищей на пути в Акку. Именно в Галлиполи судьба Мишкин-Калама была определена властями; он и трое других учеников Бахауллы были отправлены на Кипр в компании с Мирзой Яхья, нарушителем Завета Баба и заклятым врагом Бахауллы.

Мишкин-Калам был изгнанником на Кипре около девяти лет, но влияние Бахауллы настолько утвердилось в его сердце, что, несмотря на его продолжительное общение с вероломным Яхья, он оставался непоколебимым в Деле, стойким в вере, и неуклонно верным своему Господу.

Как только ему дали свободу (около 1878 г.), он отправился в Акку. Там он достиг присутствия Бахауллы, Который разрешил ему жить в этом городе. Он был товарищем, преданным слугой и одним из Апостолов Бахауллы, художником редкого таланта, непревзойденным каллиграфом, гением в создании изысканных узоров из букв и слов. Среди его произведений искусства имеются и такие, которые были сделаны лишь отпечатыванием ногтя на листе чистой бумаги.

Мишкин-Калам посвятил многие годы своей жизни переписыванию Скрижалей Бахауллы и Абдул-Баха. Существует несколько томов выполненных его изящным почерком, и его имя обессмерчено его знаками и символами, а также его рисунком «Величайшего Имени».

История приводится по Stories of Baha'u'llah and Some Notable Believers by Kiser D. Barnes, стр. 258-259. (Mírzá Ḥusayn (Mishkín-Qalam)). Также см. Julie Badiee and Heshmatollah Badiee. Calligraphy of Mishkin-Qalam, The, in Journal of Bahá'í Studies 3:4 (1991).

 

 

Первый англичанин, провозгласивший свою веру в Бахауллу

 

Томас БрейквеллВ публикации использованы материалы из книги Райванти Лакшиман-Ленайн. Жизнь Томаса Брейквелла.

Конец 19-го века. Молодая красивая американка Мэй Болле, впоследствии ставшая бессмертной Мэй Максвелл, матерью Аматуль-Баха Рухийе Ханум, уже несколько лет живет со своей матерью и братом в одном из районов Парижа. Во время посещения Акки в 1898 году в составе первой группы западных паломников, Абдул-Баха поручает Мэй Болле особую ответственность — учреждение первого центра бахаи в Европе.

Лето 1901 года. На пароме, пересекающем Ла-Манш, находится подруга Мэй миссис Милнер. Ее внимание привлекает молодой человек среднего роста, стройный, с живыми глазами и каким-то непередаваемым очарованием. Миссис Милнер знакомится с ним и в процессе беседы рассказывает о своей подруге Мэй и ее друзьях в Париже, хотя веру она при этом не упоминает. В разговоре с юношей она открывает для себя редкого человека, высокопоставленного и культурного, и приглашает его к Мэй Болле.

Звали молодого человека Томас Брейквелл. Будучи англичанином, он жил в южных штатах Америки, занимая ответственную должность на хлопкопрядильной фабрике. В то время ему было 29 лет. Финансовое положение позволяло ему регулярно проводить летний отпуск в Европе. Отец Томаса состоял в христианской секте. Сам Томас очень интересовался религиозными доктринами и философией алхимиков. Это движение, основанное в 1875 году в Соединенных Штатах мадам Блаватской и полковником Олкоттом, было весьма популярно среди британских исследователей.

Во время первой встречи Томаса с Мэй Болле не было ни одного упоминания об Откровении Бахауллы, но Брейквелл весьма внимательно изучал Мэй и, уходя, спросил, может ли он зайти к ней на следующий день.

Он появился на следующее утро в восторженном настроении. Мэй писала: «Никакая материальная завеса не закрывала эту лучезарную душу — его глаза горели скрытым огнем». Не в силах сдерживаться, Томас рассказал, что послужило причиной такого состояния: «Когда я был здесь вчера, то почувствовал силу, влияние, которые я ощутил лишь однажды в жизни, когда на протяжении 3-х месяцев постоянно находился в общении с Богом. Мое сердце пылало любовью к возвышенному Возлюбленному. Я чувствовал умиротворение, единение со всеми людьми. Уйдя от вас, я пошел к Елисейским полям. Воздух был теплым и тяжелым, ни один листок не шевелился. Внезапно меня ударил порыв ветра, закружился вокруг меня и посреди этого ветра прозвучал голос, невыразимо сладкий и проникновенный: “Христос снова пришел! Христос снова пришел!”»

Широко открытыми глазами Томас взглянул на Мэй и спросил, не считает ли она его сумасшедшим. «Нет, — ответила она, улыбаясь, — Вы просто становитесь нормальным».

Мэй заговорила о Бабе, Его возвышенной Миссии, Его мученичестве, о тысячах Его последователей, которые пожертвовали своими жизнями ради установления Веры. Она рассказывала ему о пришествии Бахауллы, который дал человечеству законы Божьи на эту эпоху, и об Абдул-Баха, который в то время все еще был пленником Акки.

Брейквелл просто опьянел от любви к Вере Бахауллы. Он принял Послание без каких-либо оговорок. Затем, вдохновленный рассказом Мэй о ее паломничестве в Акку и встречах с Абдул-Баха, переполненный огромной духовной жаждой, он отменил все свои планы на путешествие, чтоб непременно поехать в Акку и быть принятым Абдул-Баха.

Он написал Абдул-Баха короткое и трогательное послание: «Мой Господин, я верю, прости меня. Твой слуга Томас Брейквелл».

В тот же день Мэй обнаружила в своем почтовом ящике каблограмму от Абдул-Баха, в которой говорилось: «Ты можешь покинуть Париж в любое время». Ее миссия, о которой она даже не догадывалась — введение редкой души Томаса Брейквелла в веру Бахауллы — была завершена. Мэй была звеном в цепи Его великих целей.

Томас Брейквелл был первым англичанином, который совершил путешествие в Святую Землю в качестве паломника Бахаи. Когда он и его попутчик появились в доме Абдула Паши, их проводили в просторную комнату, в одном конце которой стояла группа людей в восточных одеждах. Внезапно открылась дверь, и Томас увидел восходящее солнце.

Он вскочил на ноги и понял, что в комнату вошел Абдул-Баха...

В дни, проведенные в Акке, Томас был окружен нежной заботой и вниманием Учителя. Томас рассказал Абдул-Баха, где работает и какое хорошее получает вознаграждение за свой труд. Но также он сообщил, что на этой фабрике используется детский труд. Абдул-Баха печально взглянул на него и сказал: «Телеграфируй о своей отставке».

Томас сразу же принял Абдул-Баха. В одно мгновение он освободился от своей прежней жизни: теперь у него было лишь одно желание — доставить радость Учителю. Хотя визит Томаса Брейквелла в Акку был очень коротким (власти ограничили его двумя днями), Томас произвел на всех неизгладимое впечатление. Секретарь Абдул-Баха, доктор Юнис Хан Афрухти отмечал: «Страсть и вера этого молодого человека были так возвышенны, что благословенное имя Брейквелла будет звучать в веках, оно с большой любовью будет сохранено в хрониках. Стихи из Евангелия о славе Царствия всегда были на его устах. Его пребывание в Акке было очень коротким, но настолько пылкой была его любовь и столь огромным рвение, что он затронул глубины сердец всех, кто его слышал».

Абдул-Баха попросил Томаса поселиться в Париже. Перед отъездом Томас провел несколько часов в Хайфе, в доме одного из верующих. Окна комнаты выходили на Акку. Брейквелл стоял неподвижно у окна в состоянии причащения. Его глаза наполнялись слезами, губы шептали молитву.

Все плакали, когда пришло время прощаться с молодым паломником, который своей преданностью покорил всех. Брейквелл покидал Святую Землю, не зная, что он больше никогда не увидит своего любимого Учителя. Возвратившись в Париж, Томас словно стал свечой, о которой часто говорил Абдул-Баха, жизнь которой стекает капля за каплей ради того, чтобы дать свет. Для парижского общества Бахаи он стал путеводной звездой. Непоколебимость его веры была очевидна для всех, как и его искреннее желание служить Делу и следовать Завету. Его сила и пламенные речи воодушевляли души, слышавшие его. Мэй пишет: «Те дни в темнице в Акке, когда всепоглощающая любовь Учителя и Его совершенная мудрость произвели мистические перемены в его сердце и душе… принесли великие плоды Вере».

Откровение Бахаи проникло в его душу, наполнив истинным пониманием человеческого предназначения, огромной симпатией и искренней любовью ко всем.

Те, кто был опечален, притягивались к нему, как к магниту, и в его присутствии обретали духовный подъем и восстановление сил. Хотя Томас Брейквелл привык жить весьма комфортно, теперь он коренным образом изменил свою жизнь. Он вернулся к занятиям и поселился в дешевом и отдаленном районе Парижа. На собрания бахаи он всегда ходил пешком (а это составляло несколько миль), чтобы сэкономленные деньги отдать в фонд бахаи. Томас был первым европейцем, заплатившим Хукукулла, Право Бога. У него была одна забота: служить человечеству до последнего дыхания. Мэй описывает случай, который произошел, когда они с Брейквеллом ехали на верхнем этаже автобуса по мосту через Сену. В это время старая женщина везла через мост повозку с яблоками, толкая ее перед собой. Увидев это, Томас тут же спустился с автобуса, подошел к женщине и помог ей перевезти груз через мост.

Мэй с восхищением говорит о Томасе Брейквелле: «Он знал секрет того, как дать счастье, и олицетворял слова Учителя: “Звезда счастья находится в каждом сердце”. На собраниях он говорил просто и красноречиво, это завоевывало сердца и оживляло души... Его всепоглощающее понимание наиболее важного для человечества в эту эпоху Откровения Бахауллы высвободило среди нас силы для продолжения новой эпохи Дела во Франции».

Эти слова особенно трогательны при мысли о юном возрасте Томаса... Томас раз в две недели писал Доктору Юнису Хану, который все эти письма показывал Абдул-Баха. В одном из своих писем Томас спрашивал, сможет ли он на пару дней уехать из Парижа в Англию, если кто-то из его родителей заболеет или умрет. Он думал, что Абдул-Баха ответит на это так, как ответил бы Христос: "Пусть мертвые хоронят своих мертвецов". Но когда Доктор Юнис Хан прочитал письмо Абдул-Баха, Учитель улыбнулся и попросил ответить, что сегодня "живые должны хоронить мертвых". В одном из поздних писем в Акку Томас пишет, что сейчас он понял, что должен делать, но надеется доставить Учителю больше радости, больше пострадать за своего Возлюбленного. Никто не знал, о каком страдании он говорил.

Все стало сложнее, когда в Париж приехали родители Томаса, чтобы убедить его вернуться в Англию, где он смог бы поправить свое слабое здоровье — ведь Томас был болен туберкулезом. Но он отказался покинуть Париж.

Томас лежал в своей парижской квартире, он умирал. Но даже в таком состоянии он продолжал сообщать в Акку новости, неся все возрастающую радость, несмотря на страдания. Он попросил Абдул-Баха молиться за его родителей, чтобы они тоже стали бахаи. Учитель ответил, что ему не нужно беспокоиться по этому вопросу, а через две недели Томас с радостью сообщил, что его отец принял Веру Бахауллы.

Томас Брейквелл был доставлен в больницу, в туберкулезную палату. Доктор Хан регулярно получал оттуда письма Томаса и всегда читал их Абдул-Баха. Учитель молча слушал, но Доктор Хан знал, что «таинственная связь между любящим и Возлюбленным не требует слов». Томас не просил об исцелении, а лишь молился за большие страдания. С огромным энтузиазмом он рассказывал остальным пациентам о Вере Бахаи. В своем последнем письме секретарю Абдул-Баха Томас Брейквелл написал: «Страдание — жестокое вино. Я готовлюсь получить этот щедрый подарок, самый большой из всех... Жаль, что жизнь не будет длиться дольше, чтобы я мог вкусить еще боли. Все, чего я желаю, радость Господа моего. Помяните меня в Его присутствии».

Последний раз Томас Брейквелл вздохнул в 7 часов вечера 13 июня 1902 года. Ему было 30 лет, он был всего менее года бахаи. Но с этого момента он получил вечность для жизни и распространения своей веры.

Юнис Хан узнал о смерти Брейквелла от Абдул-Баха. Однажды вечером они с Учителем шли домой. Неожиданно Абдул-Баха повернулся к Юнису Хану и спросил: «Ты слышал?» — «Нет, Учитель», — ответил доктор Хан. Тогда Абдул-Баха сказал: «Брейквелл покинул нас. Я глубоко скорблю». Абдул-Баха явил в честь Томаса Скрижаль и просил секретаря перевести ее так, чтобы каждый, кто будет читать ее, плакал. Известия о смерти Брейквелла еще не было.

Через два дня Юнис Хан получил от Учителя эту молитву, которая поразила его в самое сердце.

Год спустя Абдул-Баха позвал секретаря, чтобы дать ему письма для перевода. Вытащив один из конвертов, Учитель сказал: «Как чудесен аромат, исходящий от этого письма. Поторопись, открой его и взгляни, от кого оно. Поторопись». В письмо была вложена фиалка и открытка с несколькими строками: «Он не умер. Он живет в Царствие Божием... Этот цветок был сорван с могилы Брейквелла. Хвала Господу, что мой сын покинул этот мир с признанием и любовью Абдул-Баха». Когда Юнис Хан прочитал открытку, Абдул-Баха взял ее, положил на свое благословенное чело, и из его глаз потекли слезы.

Томас Брейквелл стал тем представителем молодежи Европы, который показал, что глубина веры и верность Завету Бахауллы возможны и достижимы. Дух Брейквелла — неустрашимый и победоносный — живет среди нас и поныне.

Через 95 лет, 14 июня 1997 года решением Национального Духовного Собрания Бахаи Франции на могиле Томаса был установлен величественный камень.

Сейчас этот камень стал объектом паломничества.

По всей Великобритании значимость жизни Томаса Брейквелла приобретает все большее звучание. В 80-х годах 20 века была основана общенациональная система Воскресных Школ Бахаи, названная в его честь. Растет по всему миру количество институтов, программ и занятий, которые стараются разными способами почтить и сохранить память Томаса Брейквелла.

Жизнь Томаса Брейквелла дает пример истинной веры, смиренной покорности Воле Божьей, призывает сжечь все покровы материализма, которые приносят людям множество страданий, и подняться для развития гуманизма.

 

Перевод И. Лисиной, лит. правка В. Демченко

На основе английского текста: Who Was Thomas Breakwell? by Robert Weinberg, published in Bahá'í Journal (UK) 1997-08

 

Послание Абдул-Баха

Не печалься о вознесении милого моему сердцу Брейквелла, ибо он поднялся к роскошным цветникам, что в Райских Садах Абха, обрел покой под покровом милости Господа его всемогущего и ныне возвещает во весь голос: «О, если бы мои люди знали, сколь милостиво Господь мой простил меня и сделал меня одним из тех, что удостоились быть в Его Присутствии!» (Коран 36:25-26)

О Брейквелл, о друг мой!

Где ныне лик твой прекрасный? Где язык твой красноречивый? Где твое чистое чело? Где твоя яркая красота?

О Брейквелл, о друг мой!

Где огонь твой, где пламень любви к Богу? Где восторг, что охватил душу твою, когда коснулось тебя Его священное дыхание? Где твои хвалы, что ты возносил Ему? Где твоя готовность служить Его Делу?

О Брейквелл, о друг мой!

Где очи твои прекрасные? Где уста твои приветливо улыбающиеся? Где ланиты твои свежие? Где образ твой чистый?

О Брейквелл, о друг мой!

Ты покинул сей бренный мир и вознесся в Царствие Небесное, ты обрел благодать мира незримого, и ты предстал у порога Его Повелителя.

О Брейквелл, о друг мой!

Твой огонь отделился от светильника, коим было твое бренное тело, оторвался от фитиля, коим была твоя человеческая оболочка, твоя земная жизнь.

О Брейквелл, о друг мой!

Ты возжег огонь в светильнике Небесных Сонмов, ты вступил в пределы Райских Садов Абха, ты обрел приют под сенью Древа Благословенного, ты предстал в Его горнем царстве.

О Брейквелл, о друг мой!

Ныне ты стал птицей Небесной, ты покинул свое земное обиталище и воспарил к садам святости царствия Господа твоего. Ты достиг мира света.

О Брейквелл, о друг мой!

Песнь твоя ныне подобна трели соловья, в ней ты взываешь к милости Господа твоего; Ему, Кто дарует вечное прощение, ты был слугою благодарным, и потому ты обрел высшее блаженство.

О Брейквелл, о друг мой!

Господь твой, воистину, почтил тебя Своей любовью и ввел тебя под сень Своей святости, и дозволили тебе быть с теми, кто близ Него, и удостоил тебя счастья лицезреть Его красоту.

О Брейквелл, о друг мой!

Ты заслужил жизнь вечную и дары непреходящие, блаженство и благодать обильную.

О Брейквелл, о друг мой!

Ты стал звездой на небосводе Божественном, светильником, сияющим среди ангелов Небес величественных; ты стал духом живым в Царствии наивозвышенном, ты воссел на престоле вечности.

О Брейквелл, о друг мой!

Я умоляю Бога еще более приблизить тебя к Себе; дабы сердце твое возликовало от Его присутствия; дабы Он наполнил тебя светом, одарил тебя вящей красотой и наделил тебя силой и славой великой.

О Брейквелл, о друг мой!

Во всякое время вспоминаю я тебя. Вовек не забуду я тебя. Я молюсь за тебя денно и нощно; я вижу тебя пред собой ясно, как наяву.

О Брейквелл, о друг мой!


 

 

BahaiArc: 1). Эта страница была сделана на основе уже готовых текстов. У «Архивы — память общины» еще имеются подобные материалы. Для их размещения на сайте нужно лишь оформить текст. Знание английского для такой работы не обязательно. Если вы хотите предложить свою помощь в этом деле, пожалуйста, напишите нам Адрес электронной почты защищен от спам-ботов. Для просмотра адреса в вашем браузере должен быть включен Javascript. Благодаря вам больше подобных материалов станут доступны в сети.

2). Также можно было бы написать Duane Troxel, чье видео о Томасе Брейквелле размещено здесь, и попросить исходный файл. Почти весь текст из видео уже переведен на русский и размещен здесь. Останется только заменить английский текст в видео на русский. Таким образом достаточно легко можно было бы получить вдохновляющее видео на русском языке. Есть желающие заняться этим?

Louisito Walter L. Maddela Jr

1952 — 1994

 

Это заготовка страницы об Уолтере Мадделе. Бахаи из Филиппин, приехавшем в Россию в начале 90-х и до самой своей смерти на пионерском посту посвятившем себя служению Вере. Он стоял у истоков процесса создания институтов по подготовке в Сибири. Так 2 сентября 1994 года Региональное Духовное Собрание России, Армении и Грузии в письме ряду Местных Духовных Собраний сообщило о том, что приняло решение организовать Институт по пионерам на базе действующего Института Веры в Красноярске. Именно Уолтер работал над этим.

В честь него был назван Центр по Обучению байкальского региона им. Уолтера Мадделы, первым координатором которого он являлся. В Красноярске существовал, уже упомянутый выше, Институт пионеров имени Уолтера Мадделы. И в Сибири существовал именной фонд Уолтера Мадделы для пожертвований.

Пожалуйста, если у вас имеются фотографии, статьи или воспоминания о Уолтере Мадделе, присылайте их нам Адрес электронной почты защищен от спам-ботов. Для просмотра адреса в вашем браузере должен быть включен Javascript. Если вы знаете кого-нибудь, кто может располагать такими материалами, пожалуйста, покажите эту страницу. Она нуждается в дополнении.

 

А пока размещаем текст нескольких статей.


 

В конце сентября пришло печальное сообщение о кончине Уолтера Мадделлы — пионера из Красноярска. Община Красноярска просила помощи в осуществлении погребения, согласно обрядам бахаи, — и нашлось специальное кольцо с символом Величайшего Имени, розовое масло и все другое, чтобы отдать последний долг этому изумительному человеку, так много сделавшему для Веры. Несколько лет назад он прибыл в суровую Сибирь из теплых Филиппин для того, чтобы служить Делу (биографию Уолтера мы в свое время опубликовали в «Экспрессе» №8).

Бахаи России, Филиппин и многих других стран объединили свои молитвы за эту ярчайшую душу, вознесшуюся в Царство Абха. Мы помним тебя, Уолтер!

 

ВСПОМИНАЯ ТВОИ ДНИ

(памяти Уолтера Мадделы)

Счастливого пути, друг! Помнишь, как мы познакомились в 1992-м в Москве во время Конгресса? «Филиппины?!» — удивился я. Ты был первым тихоокеанцем, отправившимся в наши края. Ты всегда был первым.

Мы встретились снова в феврале. В морозное сибирское утро, когда я вернулся в Красноярск, торопясь к Институту институтов. Ты приехал за пару дней до того – Духовное Собрание просило тебя помочь общине. Ты приехал из Улан-Удэ, оставляя за спиной еще одну победу. Но ты не знал, что это будет последний дом твоих побед на земле.

Ты побеждал смеясь. Ты смеялся, когда рисовал «некрасивые» схемы для институтов; смеялся, делясь секретом хорошего супа — если сложить вместе перец, уксус и чеснок, и хорошенько проварить с овощами, то получится не так уж плохо — это про наше юное Духовное Собрание; смеялся, когда было тяжело и горько, а тебе хотелось тепла и любви; ты смеялся всегда над собой, ты весь был как большой юмор, потому что больное сердце твое купалось в брызгах нашего смеха.

Твои истории можно было слушать бесконечно. Ты раскрывался как книга, когда мы вместе путешествовали или сидели у тебя на кухне, пережевывая великолепный филиппинский рис. Однажды я принес пепси-колу, и ты пошутил: «Ну давай попробуем опьянеть от этого вина изумления». И мы старались, под аккомпанемент твоих легенд. Истории о деревнях в Тихом Океане, вступавших под сень Дела легионами. Рассказ о том, как вождь разрешил вам научить Вере свое племя, когда узнал, что верующему человеку можно есть свинину. Целая драма про то, как ты боялся признаться доктору Мухаджиру, Деснице Дела Бога, что видел сон, в котором тебя ели туземцы, которым ты принес весть о Бахаулле. Комедия о том, как маленьким мальчиком ты ждал десять банок кока-колы, взамен одной, пожертвованной в Фонд накануне...

Ты был моим учителем. Спутником в Деле и домом духа, водой и хлебом для моей души. Ты незаметно жертвовал себя Делу, говоря: «Это моя Вера!». Ты устраивал праздник, приглашая все сотворенное к Его столу.

Ты служил Делу, потому что был отравлен любовью Бахауллы. Ты побеждал, потому что Он был твоей жаждой. Ты был ветер, который не остановить, ты нес Его Послание тем, кто слышит, и открывал видящим глазам жемчуг мудрости Его.

«Я буду вам хлопать в ладоши из Царствия Абха» — шутил ты, отвоевывая свое право быть первым. В больнице ты сказал мне: «Я не шучу. Я скоро увижу Шоги Эффенди». Шоги Эффенди! «Мы видим спутников Его, галактику опьяненных Богом героев» — это о тебе. Ты знаешь, как мы лишены без тебя, любимый посол в страну красоты, с горных пиков которой Бог повелел течь ручьям вдохновения, там где правит воля Его, а чего нам искать еще?

Лети высоко, друг, и будь рядом. Хвала Богу, что ты есть, да возвысит он душу твою в садах счастья. Мы еще встретимся, любимый друг.

 

Василий Рагозин

9 октября 1994 г.

Экспресс Бахаи №12/151 (4 ноября 1994 г.)


 

 

200 000 бахаи

Господин Луисито Вальтер Маддела – житель далёких Филиппин. Он – бахаи. В Алма-Ату приехал впервые.

– Господин Маддела, расскажите о себе: кто вы, чем занимаетесь?

– Я – директор частной школы в г. Маниле. Это школа с техническим уклоном обучения. В ней учатся подростки 16-17 лет. Окончив школу, они смогут работать в области электроники, связи.

– Вы – бахаи. А преподаётся ли в вашей школе учение Баха-Уллы?

– Да. Один раз в неделю проводится занятие по религии бахаи. Но это не обязывает учеников становиться бахаи. Они могут исповедовать любую другую религию.

– А какие религии распространены на Филиппинах?

– В основном, это различные ответвления христианства (их более ста), затем – ислам (его исповедуют 2 млн. жителей страны). 200000 филиппинцев являются бахаи, следуют учению Баха-Уллы.

– Скажите, Луисито, а как вы сами стали бахаи?

– Я родился в семье бахаи. Мой прадед был первым бахаи на Филиппинах. Мои родители, два моих брата и две сестры – бахаи.

– А ваша жена тоже бахаи?

– К сожалению, я пока не женат. Хотя у бахаи принято заводить семьи в довольно молодом возрасте.

– Луисито, скажите несколько слов о вашей стране.

– Филиппины расположены на 1000 островов, из них только 800 заселены.

Климат – тропический, обычная температура – 25-40°С. Промышленность в стране только начинает развиваться. В основном, страна аграрная, распространено фермерство. На островах проживает 65 млн. человек.

Столица Филиппин – Манила – город с двухмиллионным населением. Всего у нас 23 крупных города.

– А какие национальности представлены на Филиппинах?

– В основном, это филиппинцы. Есть ещё китайцы, американцы, индийцы.

– Есть ли какие-нибудь проблемы в общении между людьми, представляющими разные религии?

– Нет, никаких проблем нет.

– И ещё один вопрос, Луисито. Знаете ли вы, что по внешности очень походите на казаха?

– Да, знаю, – Луисито широко улыбается. – Здесь, в Алма-Ате, со мной многие пытаются заговорить по-казахски.

– Что ж, надеюсь, что вы найдёте здесь много друзей и ваш приезд к нам не будет последним.

– Приезжайте и вы к нам на Филиппины, тогда всё увидите своими глазами.

– Спасибо, Луисито!

С гостем беседовала Тая МУРАВЬЁВА.

(Интервью с Уолтером, опубликованном в газете «Азия дауысы», №18(35) – октябрь – ноябрь 1992.)


 

Наши пионеры

УОЛТЕР МАДЕЛЛА: Я родился 9 июня 1952-го года в семье бахаи (мой дедушка стал первым бахаи Филиппин, приняв Веру после прочтения литературы бахаи в университетской библиотеке Манилы в 30-х годах. Он обучил свою жену, и они оба стали твердыми и лояльными бахаи, чему очень обрадовался возлюбленный Хранитель, Шоги Эффенди. У них было восемь детей — мой отец был четвёртым, — которых они воспитали как бахаи).

Мои родители послали меня в регулярные детские классы Бахаи в Солано, Нуева Виская. Как бахаи, я принимал участие в обучении в школах и колледжах, организовывая молодежные конференции, проводя институты, издавая Молодежный Бюллетень Бахаи.

Воодушевившись сильной любовью и непрестанной заботой Руки Дела Бога Рахматулла Мухаджера, которые он выказывал по отношению к национальным меньшинствам в моей стране, я создал воскресную школу бахаи среди племени Мангян острова Миндоу, которая была признана первой школой бахаи для племён в Филиппинах в 1974 году.

Когда я был членом Национального Духовного Собрания Филиппин, в 1978, вернувшись с четвёртого, Международного Съезда Бахаи в Хайфе, я остановился в Куала-Лумпур, Малайзия, где опять встретился с возлюбленным Рукой Дела Бога Д-ром Мухаджером, который направил меня на Соломоновы о-ва и в Республику Кирибати, где я был пионером четыре года.

В 1983 году я опять был избран в НДС Филиппин и прослужил его Председателем до тех пор, пока не отправился пионером в Россию.

Улан-Удэ — это мой первый дом в России! Я работал над созданием постоянного Института по Обучению и был его координатором в 1992-1993 годах. Позднее, в феврале 1994, я переехал в Красноярск, снова был выбран помогать общине в организации местного Института по обучению. Когда я приехал из тропической страны, Россия была совершенно новой средой для меня. Я поражён восприимчивостью людей к Вере в России, и считаю большим счастьем говорить о развитии общины бахаи в этой стране. Участвуя в жизни общины, я никогда не прекращал изучения Веры. Мой приезд в Россию в 1992 году стал сигналом для других филиппинских бахаи приехать пионерами в Россию и другие страны.

Когда бы я ни размышлял над благословениями и милостями, которыми Благословенная Красота, Баха-Улла, наградил меня, я не могу вспомнить никакого великого дела в моей жизни, которое компенсировало бы Его океан милостей. Я могу сказать только, как я счастлив быть крошечной рыбкой, радостно плавающей в Его огромном и могущественном океане.

Экспресс Бахаи №8-9/151 (20 июня 1994 г.)

Пресс-релиз по поводу кончины Рухийи Ханум. Хайфа, 19 января 2000 г.Рухийя Ханум

 

Мадам Рухийя Раббани, высокопоставленный представитель Веры Бахаи, скончалась сегодня в Хайфе, Израиль, на 90-м году жизни, после продолжительной болезни.

Будучи единственным ребенком Уильяма Сазерленда Максвелла (выдающегося архитектора из г. Монреаль, Канада) и его жены Мэй Боллз, Мэри Сазерленд Максвелл, как ее назвали при рождении, вступила в брак с ныне покойным Хранителем и всемирного главой Веры Бахаи – Шоги Эффенди Раббани, который был правнуком Бахауллы, основателя Веры.

 

После кончины супруга госпожи Раббани в 1957 году ее репутация выдающегося члена международного сообщества бахаи основывалась на чем-то большем, нежели только брак с главой Веры. Она была к тому же отмечена высочайшим назначением на высокую должность Десницы Дела Божьего, представляющую собой вспомогательный институт хранительства Веры. В этом качестве она сыграла решающую роль в осуществлении успешного перехода руководства Верой от Шоги Эффенди, возглавлявшего общину в течение 36 лет (1921-1957), ко Всемирному Дому Справедливости – институту из 9 членов, который был впервые избран в 1963 г. как верховный орган Веры в соответствии со Священными Писаниями.

Постоянно живя в Хайфе со времени своего замужества (с 1937 года), мадам Раббани принимала непосредственное участие в развитии всемирного центра новой Веры, начиная с первых дней его образования, когда общины бахаи существовали в 40 странах, до нынешних дней, когда они охватывают 195 стран и 45 зависимых территорий. Она помогала Шоги Эффенди в административной работе, и в 1951 году он назначил ее в Международный Совет бахаи, орган из 9 членов, среди функций которого было установление отношений с правительственными структурами и подготовка выборов Всемирного Дома Справедливости. В 1952 году он возвысил ее положение до Десницы Дела Божьего, и в этом качестве она занималась вопросами распространения и защиты Веры и представляла Хранителя на некоторых важных международных событиях в разных частях мира.

После кончины Шоги Эффенди в 1957 году г-жа Раббани стала инициатором объединения усилий всех Десниц Дела Божьего для обеспечения успешного завершения десятилетнего плана, начало которому положил Шоги Эффенди в 1953 г. с целью глобального расширения и консолидации общины. Она была одной из тех девяти человек, которые служили Попечителями Всемирного Центра бахаи до избрания Всемирного Дома Справедливости, как предписал Шоги Эффенди.

После образования Всемирного Дома Справедливости и до самой своей кончины мадам Раббани была членом Международного Центра обучения – важнейшего института во Всемирном Центре, занимающегося вопросами международного распространения и защиты Веры. Она также неоднократно была представителем Всемирного Дома Справедливости на различных мероприятиях как внутри, так и за пределами общины бахаи. От имени и по поручению Дома Справедливости она вручила его заявление «Обещание мира во всем мире» Генеральному Секретарю Организации Объединенных Наций в ноябре 1985 г., а также присутствовала на Всемирном Конгрессе бахаи в Нью-Йорке в ноябре 1992 г.

В огромной степени деятельность самой г-жи Раббани являет собой пример той первостепенной важности, которая придается Верой Бахаи объединению человечества. Большая часть из последних 35 лет ее жизни была отдана путешествиям, которые привели к посещению ею 185 стран и зависимых территорий и послужили важнейшим фактором объединения нескольких миллионов верующих бахаи в единую всемирную общину. Не менее значимым результатом этих усилий был ее успех в привлечении коренных народностей к равноправному участию в этом всемирном процессе. Ее поездки по разным континентам и на отдаленные острова иногда требовали длительного пребывания в тех или иных регионах. В течение четырех лет госпожа Раббани за рулем своего «Лендровера» проделала путь в 36 000 миль вдоль и поперек Африки к югу от Сахары, проехала 34 страны и была принята главами 17 государств. В другой раз она посетила около 30 стран в Азии и Тихоокеанском регионе. Благодаря своему интересу к коренным народностям и деревенской жизни она оказывалась в самых отдаленных уголках планеты и в результате создала полнометражный фильм «Экспедиция "Зеленый Свет"» на основе кинодокументов, сделанных во время ее поездок по коренным поселениям Южной Америки, где ей довелось путешествовать по джунглям Суринама, Гайаны и по реке Амазонке в Бразилии.

В ходе путешествий ее принимали многие главы государств и другие выдающиеся люди, весьма разнообразные, такие, как, например, император Эфиопии Хайле Силассиа, король Западного Самоа Малиетуа Танумафили II, президент республики Кот-д'Ивуар Хуфуэ-Буани, президент Аргентины Карлос Менем, премьер-министр Индии Индира Ганди, премьер-министр Ямайки Эдвард Сеага, Генеральный Секретарь Организации Объединенных Наций Хавьер Перес де Куэльяр.

Одаренная личность с широчайшими интересами, г-жа Раббани была не только руководителем и путешественником, но также и писателем, поэтом, лектором и кинопродюсером. Среди нескольких написанных ею книг были «Бесценная жемчужина» – полная биография Шоги Эффенди, и «Тайна жизни», раскрывающая применение духовных законов в практике повседневной жизни. Свободно владея английским, французским, немецким и персидским языками, она много выступала с лекциями, включая и такие события, где она делила кафедру с Принцем Филиппом Герцогом Эдинбургским.

Обеспокоенная вопросом охраны окружающей среды, мадам Раббани поддерживала деятельность Всемирного Фонда Природы и выступила в 1988 году в Лондоне на организованном этим Фондом банкете для сбора пожертвований, который положил начало широко известной инициативе «Религия и охрана окружающей среды»; она присутствовала также на собрании Всемирной хартии лесничества в Сент-Джеймском дворце в 1994 г. Ее любовь к искусству нашла выражение в участии в планировании и организации реставрационных работ ряда исторических сооружений, связанных с Верой Бахаи.

Тысячи поминальных собраний в ее честь проходят на местном и национальном уровне по всему миру.

Resting Place of Ruhiyyih Khanum / Надгробие на могиле Десницы Дела Божьего Аматул-Баха Рухийи Ханум.

Монумент выполнен по заказу Всемирного Дома Справедливости и спроектирован Хоссейном Аманатом.

 

Также смотрите письмо Всемирного Дома Справедливости от 19 января 2000 г. О кончине Аматуль-Баха Рухийи Ханум

На русском языке в 1995 году была издана книга Мери Максвелл "Тайна жизни".

Также имеется текст книги Виолеты Нахджавани Памяти Десницы Дела Божьего Аматуль-Баха Рухийи Ханум скачать книгу (вне сайта)

Еще на английском A Tribute to Amatu’l-Bahá Rúḥíyyih Khánum

Farzam Arbab Фарзам Арбаб

1941–2020

Фарзам Арбаб родился 27 октября 1941 года в Тегеране (Иран) и там же получил начальное образование. В 1960 г. он отправился в США продолжать образование в колледже Амхерста и в Калифорнийском университете в Беркли, где в 1968 г. получил докторскую степень по теоретической физике элементарных частиц.

В 1969 г. после исследовательской работы в Брукхэйвенских Национальных лабораториях он отправился в Колумбию, чтобы помочь становлению физического отделения в университете дель Вайе. Во время преподавания в университете он заинтересовался развитием в сельской местности и начал заниматься взаимосвязью науки, технологии и структуры образования с проблемами развития. В результате этого интереса и дальнейшего участия в проектах социального и экономического развития, доктор Арбаб постепенно отошел от своей деятельности в качестве физика и посвятил себя делу развития.

В 1974 г. он вместе с группой коллег создал "Фундаэк" (Фонд применения и преподавания наук, FUNDAEC) для того, чтобы изучать вышеназванные вопросы и искать альтернативные модели социальной организации. Орудием этих исследований стало новаторское учебное заведение, известное как Сельский университет, который создает социальное пространство для постоянного процесса обучения людей в сельской местности. "Фундаэк" продолжает действовать с заметным успехом в качестве программы развития в Колумбии, завоевав международное признание за свое применение духовных принципов в образовании и развитии.

Фарзам Арбаб с 1974 по 1983 был представителем Фонда Рокфеллера в Колумбии. Во время пребывания в Колумбии доктор Арбаб тесно сотрудничал с различными международными агентствами по развитию, включая Международный исследовательский центр развития (IDRC), Канадское Международное агентство развития (CIDA), Фонд Форда и Всемирный Банк. В 1985-86 г.г. он работал по приглашению Гарвардского университета в качестве ученого-исследователя в институте международного развития. За это время он написал основополагающие концептуальные документы, которые привели к созданию Латиноамериканского Центра сельскохозяйственных технологий и образования (СЕЛАТЕР). Доктор Арбаб был его первым директором до 1988 г. СЕЛАТЕР предназначен для поддержки различных неправительственных организаций по развитию в Латинской Америке, заинтересованных в более всестороннем процессе исследований и деятельности среди сельских жителей.

Параллельно со своими профессиональными занятиями, доктор Арбаб всю свою жизнь проявлял себя учителем и деятелем Веры Бахаи. Он был председателем Национального Духовного Собрания бахаи Колумбии с 1969 г. до своего назначения в Континентальную Коллегию Советников в 1980 г. Он стал работать в Хайфе (Израиль) после того, как был назначен в 1988 г. членом Международного Центра обучения. По роду своей деятельности он часто путешествовал по всему миру, встречаясь с общинами бахаи и представителями других организаций со сходными интересами и взглядами. В 1987 г. доктор Арбаб представлял общину бахаи на Международной конференции Ассоциации исследований бахаи в Принстонском университете, участвовал в диалоге с представителями Римского клуба по проблемам будущего человечества.

В 1993 году д-р Арбаб был избран членом Всемирного Дома Справедливости, высший административный орган Веры Бахаи. Ушел в отставку в 2013 году.

25 сентября 2020 года в возрасте 78 лет Фарзам Арбаб скончался у себя дома в США. Всемирный Дом Справедливости разослал всем Национальным Духовным Собраниям некролог по случаю кончины Ф. Арбаба.

 

 

Фотография взята с сайта: Bahá'í International Community Farzam Arbab

Также смотрите биографию Рухи Арбаба.

(1873 – 1962)

 

Амелия Энгелдер Коллинз
Амелия Энгелдер Коллинз

Фотография взята из «Хронологии Веры Бахаи», Глен Камерон и Венди Момен, Оксфорд, 1996 год

Амелия Энгелдер Коллинз родилась 7 июня 1873 года в семье Кэтрин Грофф и Конрада Энгелдера – немецкого эмигранта и лютеранского священника. Она была седьмым ребенком в семье из девяти сыновей и пяти дочерей.

Получив строгое воспитание в лютеранской семье, она вышла замуж за горного инженера Томаса Коллинза и жила в городе Калумет, Мичиган, а затем в Бисби, штат Аризона. Занимаясь добычей полезных ископаемых в Бисби, Томас добился большого успеха и в конечном итоге создал горнодобывающую компанию Фелпс-Додж. В 1920-х супруги переехали в Калифорнию, где Милли, как ее с любовью называли, стала бахаи и в начале 1923 года впервые отправилась в паломничество в Хайфу. Томас Коллинз сопровождал её и был тепло принят Шоги Эффенди.

Во время путешествия в Исландию в 1924 году, Амелия встретила госпожу Олмфридур Арнадоттир, с которой они стали хорошими друзьями. Позже, в 1939 году, она содействовала публикации первой книги бахаи на исландском языке «Бахаулла и новая эра» Дж.Эсслемонта. В 1924 г. Амелия была выбрана в Национальное Духовное Собрание Соединенных Штатов и Канады. Она оставалась членом этого института до 1933 года. В 1938 году она была вновь переизбрана, и служила в этом качестве, пока Хранитель не пригласил её на служение во Всемирный Центр Бахаи. Помимо этого она была членом Национального комитета по обучению, Комитета по развитию Собраний и Обще-американского комитета. Она посещала большинство Собраний Соединенных Штатов и Канады, помогая им в работе по консолидации; также она помогала общинам Южной и Центральной Америки в работе по обучению Вере в течение первого и второго Семилетних Планов, с 1937 по 1953 гг. Через Амелию Хранитель в 1937 году передал священный дар для общины бахаи Америки. Это был локон Бахауллы, который сохранила у себя Величайший Святой Лист. Этот локон предназначался для закладки в основание купола Храма бахаи Америки. Милли преподнесла этот дар, обрамленный серебряной рамкой, во время Национального Съезда бахаи в 1938 году. Этот подарок – первый среди многочисленных даров Хранителя – вошел впоследствии в сокровищницу Национального архива бахаи.

Томас Коллинз, так никогда и не принявший Веру бахаи, всегда поддерживал Амелию в её деятельности. Он оказывал финансовую помощь школе Гейзервилл. В 1937 году он неожиданно скончался от сердечного приступа. Хранитель обратился к бахаи летней школы Гейзервилля с просьбой провести подобающую поминальную встречу.

Приведя в порядок свое солидное состояние, которое в последствии пошло на установление институтов Всемирного Центра Бахаи, в тот же год Амелия совершила второе паломничество на Святую Землю. Её дружба с Хранителем и его супругой Рухийе Ханум стала намного крепче. В письме, написанном Хранителем вскоре после этого паломничества, есть такие слова: «Дни, проведенные тобой под сенью Священных Усыпальниц, мы ещё долго будем вспоминать с радостью и благодарностью. В эти дни я все более и более восхищался совершенной преданностью, пылким рвением, сильной любовью и верностью, которые наполняют твое служение Священному Делу. Я благодарен за столь благородные качества, и уверен, что плоды, которые они принесут, будут столь же выдающимися и незабвенными. Не беспокойся и будь счастлива».

В 1945 г. г-жа Арнадоттир пригласила Амелию в Исландию. В ответ Хранитель передает через одного из секретарей: «Как он уже сообщал в одной из своих телеграмм, он считает Ваше присутствие в Америке более необходимым, нежели в Исландии сейчас… Немногочисленные американские Собрания остро нуждаются в образовании бахаи…». Более того, он говорит, что Амелия – одна из тех, кто должна заняться этим, а отправляясь в Исландию, она подвергает опасности свое здоровье. Амелия была первой, кто начал обучать американских индейцев в соответствии с указаниями «Скрижалей Божественного предначертания» Абдул-Баха. В 1948 году на американском континенте было выбрано первое Духовное Собрание индейцев бахаи в индейской резервации Омаха, в Мейси, штат Небраска. Амелия много ездила по поручению Шоги Эффенди. В 1942 г. она прибыла в Буэнос-Айрес с целью подготовки дизайна и сооружения мемориала Мей Максвелл, матери Рухийи Ханум. В 1946 и 1949 годах Амелия повторно посещала Латинскую Америку, принимая участие в конференциях и работе по обучению.

В 1947 году Амелия Коллинз стала девятой из назначенных Шоги Эффенди Десниц Дела Божьего. После окончания Второй мировой войны Амелия несколько раз ездила в Европу. В 1951 г. по просьбе Шоги Эффенди она посетила Турцию и Египет. В Каире, несмотря на тяжелую болезнь, из-за которой она едва держалась на ногах, Амелия выступила с речью на большой встрече в Хазратуль-Кудс. С того времени, казалось, её роль заключалась в том, чтобы, не обращая внимания на болезнь и прогрессирующий артрит, идти вперед, во всем положившись на волю Бога.

Не смотря на то, что Амелия вела очень скромный образ жизни, она много жертвовала на нужды Веры бахаи. В 1944 году она отправила Хранителю щедрое пожертвование, покрывшее большую часть расходов на строительство верхней части Святилища Баба на горе Кармель. Многое из того, что Амелия сделала для Веры бахаи, известно одному только Богу. Среди пожертвований, оставшихся в истории: выкуп собственности на горе Кармель (1926 г.); улучшение и расширение владений школы Гейзервилл в северной Калифорнии (1936 г.); первое издание литературы бахаи на амхарском языке в городе Девисон, штат Мичиган (1934 г.); первое пожертвование в фонд Бахии Ханум на строительство материнского Храма бахаи в Америке. А также: пожертвование в фонд персидского Храма бахаи (1939 г.), оплата расходов на издание четырех томов «Мира бахаи»; дополнительные пожертвования на строительство материнского Храма в Америке; собственность, переданная в дар Храму; и различные проекты по обучению. Пожертвования на приобретение девятнадцати дополнительных площадей для строительства храмов бахаи в Америке, Европе и Азии; содействие процессу облагораживания земель вокруг Усыпальницы Бахауллы в Бахджи; строительство и меблировка здания Международного Архива бахаи на горе Кармель; пожертвование полной суммы, необходимой для приобретения участка для будущего Храма на горе Кармель (1953 г.).

В 1953 году в своем послании к двенадцатому ежегодному Съезду бахаи Шоги Эффенди выразил признательность Амелии за её «необычайно щедрые пожертвования» на приобретение многих Хазратуль-Кудс на пяти континентах. В своем последнем послании к Съезду в 1957 году он выразил признательность за пожертвования на строительство материнских Храмов в Европе, Австралии и Африке. Хранитель назвал в её честь главные ворота, ведущие к Усыпальнице Бахауллы.

В 1951 году Шоги Эффенди назначил Амелию Коллинз вице-президентом Международного Совета бахаи, и она переехала жить в Хайфу. Она продолжала служение на этом посту до конца жизни. В 1953 году она и Рухийя Ханум приняли участие в качестве представителей Хранителя во Всеобщей американской конференции в Чикаго в рамках Десятилетнего мирового крестового похода.

Возлюбленный Хранитель покинул этот мир в ноябре 1957 года. Амелия намеревалась встретиться с ним в Хайфе, но по приезде услышала страшную новость о его смерти, которая потрясла весь мир бахаи. Амелия тут же отправилась в Лондон, чтобы поддержать Рухийе Ханум. Амелия стала для нее как мать и на протяжении четырех последующих тяжелых лет духовно поддерживала её. В октябре 1961 года Амелия упала и повредила руку, ей была необходима госпитализация. Несмотря на нестабильность своего состояния, она вернулась в Хайфу, чтобы помочь Десницам Дела Божьего в первых выборах Всемирного Дома Справедливости. На встречи, которые проходили в Бахджи, её привозили в инвалидном кресле, благодаря чему она смогла присутствовать на всех встречах кроме одной.

Днем 1 января 1962 года, в возрасте 91 года Амелия Коллинз покинула этот мир на руках у Рухийи Ханум и перешла в царство Абха. Она похоронена на кладбище бахаи у подножия горы Кармель.

«Выдержки из жизни ранних последователей учения Бахауллы», Ричард Фрэнсис, 2003 год

Перевод Кристины Зайцевой

Этот документ в формате MS Word