Home

Коллекции

База знаний

МСБ

СНМБ

BahaiArc

Вера Бахаи

Блог

Планируемые к изданию
Иоаннесян Ю.А.Вера Бахаи. – Азбука, 2009. – 288 с.  
Иоаннесян Ю.А. Вера Бахаи. – Азбука, 2009. – 288 с.  

Серия: Мир Востока

 

19 11 2009

Валерий Литвинчук

 

Переиздание книги Юлия Аркадьевича Иоаннесяна «Вера бахаи» вышло в 2009 году, сразу же после возвращения автора в Россию из США, практически без изменений. Эта спешка вполне объяснима – первое издание (2003 г.) было раскуплено в считанные недели, и сегодня отдельные экземпляры книги могут быть найдены лишь в некоторых общинах бахаи. Успех книги не вызывает сомнений и имеет ряд причин.

Во-первых, он определяется авторитетом самого автора. Юлий Аркадьевич Иоаннесян родился 27 июля 1957 года в г. Баку. В 1979 году окончил Ленинградский госуниверситет, а в 1988 году защитил кандидатскую диссертацию по филологии. С 1986 года является сотрудником Санкт-Петербургского филиала Института востоковедения РАН, а с 2001 года – старшим научным сотрудником Сектора Среднего Востока СПбФ ИВ РАН. Кроме того, он ведет активную преподавательскую деятельность, являясь преподавателем Востфака СПбГУ (с 2001 года). Основными направлениями исследований Ю. А. Иоаннесяна являются сравнительное религиоведение (ислам, бабизм и религия бахаи) и языки и диалекты Ирана и Афганистана (дари).

Переоценить вклад Юлия Аркадьевича Иоаннесяна в академическое бахаиведение трудно. То, что Ю. А. Иоаннесян является наиболее авторитетным специалистом по вере бахаи в СНГ, подтверждается фактом его авторства статьи «Религия бахаи» в таком знаковом проекте, как «Православная Энциклопедия». Будучи выдающимся филологом, Ю. А. Иоаннесян блестяще владеет не только фарси и дари, но и рядом европейских языков и восточных диалектов. Поэтому в бахаиведении петербургский востоковед известен, прежде всего, своими академическими переводами (наиболее значительный – Китаб-и Икан, 2001) и основанными на глубоком анализе первоисточников и их переводов на различные языки статьями и очерками. Талант Ю. А. Иоаннесяна позволил ему легко справиться и с доступным, ярким и последовательным изложением знаний о религии бахаи в научно-популярной форме.

Во-вторых, успех «Веры бахаи» был обусловлен дефицитом доступной популярной литературы на книжном рынке СНГ, нужда в которой давно назрела. Целостная и написанная изначально для отечественного читателя, книга Ю. Иоаннесяна, выпущенная в свет авторитетным издательством, имеет несомненное преимущество перед другими изданиями подобного рода, распространяющимися преимущественно через общины бахаи и представляющими собой небольшие переводные апологетические работы. Более того, оказывается, что это научно-популярное издание – практически лучшее о вере бахаи из того, что доступно на русском языке. Книгу отличают целостность, всеохватность, сбалансированность, насыщенность примерами из первоисточников - автор прекрасно владеет материалом. На данный момент «Вера бахаи» Ю. Иоаннесяна является лучшим источником для первичного ознакомления широкого круга читателей с религией бахаи. Несомненным плюсом книги является также список литературы, включающий в себя наиболее значительные и авторитетные источники на различных языках.

Единственным недостатком книги, который можно усмотреть, является легкий апологетический налет текста и вкрапление в него элементов скорее религиозного, нежели научного дискурса. Тем не менее, автор отличается высокой самодисциплиной, и в конечном итоге доносит до читателя идею о том, что вера бахаи представляет собой целостную, независимую религиозную систему, и обладает высоким потенциалом для дальнейшего развития.

Взято с сайта: Портал Religion.in.ua

Шоги Эффенди полагал, что среди всех книг бахаи, за исключением Китаб-и-Агдас, Наисвятой книги Бахауллы, ни одна не может сравниться с Китаб-и-Иган[i]. Считается, что именно Китаб-и-Иган является завершением незаконченного текста Персидского Байяна – самой священной книги Законоцарствия Баби.

Обложка русскоязычного издания Китаб-и-ИганБахаулла явил «Книгу Несомненности» в 1861 году всего за двое суток отвечая на вопросы, заданные ему Хаджи Мирзой Сейидом Мухаммадом, старшим дядей Баба по материнской линии. Именно поэтому вначале Иган была известна среди бахаи под названием Рисалий-и-Хал («Послание дяде»). Этим объясняется и частое обращение в ней к собеседнику.

Текст вопросов, представленных Бахаулле Хаджи Мирзой Сейидом Мухаммадом, сохранился среди бумаг семьи дяди Баба и в обобщенном виде выглядит следующим образом:

  1. День Воскресения. Произойдет ли воскресение в телесном обличии? В мире изобилует несправедливость. Как будет воздано праведникам, и как будет наказана несправедливость?
  2. Двенадцатый Имам родился и продолжает жить. Соответствующие традиции поддерживают веру в это. Как это можно объяснить?
  3. Толкование священных текстов. Не похоже, чтобы это Дело соответствовало верованиям, существовавшим на протяжении многих лет. Нельзя не учитывать буквальный смысл святых текстов и священного писания. Как это можно объяснить?
  4. Согласно некоторым преданиям, происходящих от Имамов, с появлением Каима должны произойти определенные события. Некоторые из них перечислены. Но ни одно из них не произошло. Как это можно объяснить?[ii]

Хотя Китаб-и-Иган посвящена обоснованию истинности пророческой миссии Баба, она, тем не менее, охватывает круг вопросов, простирающихся гораздо шире одного Откровения. В ней раскрывается природа пророческих Откровений; положение, миссия и функция Пророков, их отношение к Богу и взаимоотношения между собой; причина и характер смены Пророков друг другом (Поступательное Откровение); «возвращение» пророков, рай и адский огонь, Божий гнев, Царство Мессии, жизнь и смерть, неизбежность сопротивления богословов и духовенства новой религии и др.[iii]

Написанный оригинал Китаб-и-Иган, полученный Хаджи Мирзой Сейидом Мухаммадом, был выполнен рукою Абдул-Баха, которому в то время было всего 16 лет, и который тогда, среди прочего, служил своему возлюбленному Отцу в качестве секретаря.

Много лет оригинал Китаб-и-Иган находился в семье Хаджи Мирзы Сейида Мухаммада, пока не был отправлен Шоги Эффенди, чтобы быть помещенным в Международном архиве бахаи на Святой Земле. Рассказ об обнаружении и передачи оригинала этой рукописи составляет еще одну увлекательную главу в истории этой выдающейся книги.

В 1948 году, когда Десница Дела Божьего Таразулла Самандари был в Ширазе, Фатимих Ханум-и-Афнан, правнучка Хаджи Мирзы Сейида Мухаммада, рассказала ему, что у нее имеются старинные книги для Шоги Эффенди, которые она хотела бы передать ему. Раскрыв книгу и увидев почерк Абдул-Баха, г-н Самандари понял, что перед ним оригинал рукописи Иган.

В Тегеране г-н Самандари связался с секретарем Национального Духовного Собрания Ирана, Али-Акбаром Фурутаном, и сообщил ему об обнаружении оригинала книги Иган. Г-н Фурутан немедленно телеграфировал Шоги Эффенди и спросил его, что делать с бесценной рукописью. Хранитель распорядился, чтобы рукопись была передана Валийуллах Варге, Доверенному по Хукукулла, пока не наступит подходящее время для пересылки ее во Всемирный Центр. Спустя три года Шоги Эффенди попросил г-на Зикру’ллах Хадема доставить рукопись Иган на Святую Землю. Доктор Уго Джиакери служил во Всемирном Центре Бахаи, когда г-н Хадем прибыл в Хайфу. Он вспоминает тот день, когда Шоги Эффенди получил рукопись Китаб-и-Иган:

Однажды вечером, когда я вошел в столовую, Хранитель уже сидел на своем месте за столом, и лицо его сияло ликованием, которое он не мог сдерживать. С его стороны стола лежал небольшой сверток, предмет, завернутый в шелковый платок, типичный для Востока и, в особенности, для Ирана. Как только мы разместились за столом и приготовились слушать, еще до того, как ужин был подан, он рассказал, что в этот день прибыл паломник из Тегерана, привёзший для размещения в архиве один из самых ценных документов. Он развязал платок и с величайшим почтением поднял манускрипт в виде книги и расположил его так, чтобы все могли видеть. По его словам, в нем содержалось две оригинальные скрижали, написанные рукой Абдул-Баха. Одна из них была Иган, а название другой я не запомнил .... Шоги Эффенди никогда раньше не видел оригинала Иган и был глубоко поражен, обнаружив, что фраза, которую он взял из этой книги в качестве названия для своего перевода Повествования Набиля, «Вестники Рассвета», была написана Самим Бахауллой на полях одной из страниц.[iv]

Так, спустя девяносто лет с момента явления, оригинал Китаб-и-Иган возвратился обратно к Средоточию Веры и был помещен в Международном архиве бахаи для истории.

В письме от имени Шоги Эффенди от 27 ноября 1934 года говорится, что Китаб-и-Иган уже переведена и издана на русском, английском, французском, немецком, китайском, албанском, урду и брайле. Также сообщается, что предприняты шаги по переводу и печати книги на арабском, армянском, шведском и датском.

В первом русском переводе наличествует обилие «калек» с персидского и «буквализмов» в передаче образов и метафор. В 1931 г. Шоги Эффенди выполнил английский перевод, который с тех пор используется для перевода на европейские языки Книги как одного из основополагающих Священных Писаний Веры Бахаи.

По материалам:


[i] Shoghi Effendi, God Passes By, p. 139.

[ii] H.M.Balyuzi, Bahá’u’lláh, The King of Glory, pp.164-65.

[iii] Бахаулла. Китаб-и Икан. Академический перевод с персидского. Стр. 12.

[iv] Ugo Giachery, Shoghi Effendi–Recollections, p. 149.


Бахаулла. Китаб-и-Иган / Духовное Собрание Бахаи России – СПб.: Единение, 2000. – 213 c.

Бахаулла. Китаб-и Икан. Академический перевод с персидского. СПб.: «Петербургское Востоковедение», 2001. – 272 с. («Памятники культуры Востока»).

Бахаулла. Книга Иган. Пер. с персидского / Местная Духовная Ассамблея г.Южно-Сахалинск, – 171 с.

Основные каталоги книг на сайте «Архивы — память общины»